Книга Смерть на Марсе, страница 126 – Влада Ольховская

Триан тоже наверняка не ожидал подобного, но он остался немногословен:

— Уже слишком поздно.

Она не бралась сказать, жаль ему или нет. Казалось, что нет, однако Альда слишком хорошо его знала. Триану этот удар, скорее всего, дается сложнее, чем ей – он просто умеет терпеть.

Ей нужно было сосредоточиться на чем-то, хоть что-то делать. Праздность не спасает, она лишь питает страх. А вот если отвлечь себя чем-нибудь, от собственной слабости можно отстраниться, ведь в жизнь вернется пусть и минимальный, но контроль.

Поэтому Альда продолжила изучать существо, оно ведь и теперь менялось! Его разум определенно стал сложнее, хотя это развитие шло только на обеспечение примитивных потребностей: постоянного роста и необходимых для этого способностей.

По крайней мере, так было в начале. Теперь, когда мысли не мелькали хаотично, а постоянно пульсировали по биомассе, телепатка сумела двинуться дальше, проникла в некое подобие внутреннего уровня – пожалуй, это была очень упрощенная версия подсознания, унаследованного от людей.

И вот там обнаружилось странное… Перед глазами у Альды мелькали образы, которых не то что на Объекте Д-1 – на Марсе быть не могло! Виноградники, растянувшиеся на жаркой равнине до самого горизонта. Какая-то пожилая женщина плачет, но пытается улыбнуться сквозь слезы. А вот молодая женщина стоит на залитом солнцем берегу бирюзового океана… Диана? Да, кажется, Диана!

Если сначала образы казались Альде необъяснимыми, появившимися непонятно откуда, то появление Виридианы Тассин кое-что объяснило.

— Триан, я, кажется, вижу их воспоминания, – тихо сказала она.

— Чьи?

— Легионеров… Или не только, еще людей, погибших здесь, на станции… Сложно сказать, где чьи, я не вижу того, кто смотрит, только то, что он видел… Но все это в памяти существа!

— У него есть память?

— Не совсем, – вынуждена была признать телепатка. – Похоже, сложная мозговая активность делает нейронные связи более развитыми, и вот через них пробиваются воспоминания… Только не его!

— Естественно, не его, – кивнул Триан. Он даже сейчас умудрялся вести себя так, будто ничего не происходит. – Ему воспоминания не нужны. Разум сотрудников базы, вероятнее всего, тоже подавлен. Думаю, это воспоминания только мертвых легионеров. Из-за частичной однородности их природы с природой существа их клетки растворяются в колонии медленней.

— Как ты можешь рассуждать об этом так спокойно?..

— Мелкая, мы не раз обсуждали пользу истерик в полевых условиях.

— Ага, отрицательная польза, помню, – проворчала Альда.

Может, и следовало злиться на него, а она не чувствовала даже раздражения. В том хаосе, который развернулся вокруг них, только спокойствие Триана помогало не сорваться. Да, все выглядит безнадежным, битва как будто проиграна до своего начала. Так ведь он же уверен в себе, как обычно! Значит, у него есть план, Триан всегда прав, все получится…

— Послушай… если я вижу их память, значит ли это, что они живы? – осторожно спросила телепатка. – Ведь существо, оно… Ну, оно же не съедает их в буквальном смысле, оно присоединяет их к себе!

— Это все равно смерть.

— Я тоже так думала, но теперь я вижу их память! Память – часть собственного «я», если оно не утеряно, можно еще…

— Нельзя.

— Ты даже не дослушал!