Книга И гаснет свет, страница 117 – Влада Ольховская

Тридцать пять лет назад Дмитрий Карелин работал в Китае при посольстве. Молодой обаятельный переводчик безупречно выполнял свои обязанности – и вовсю использовал свободное время. Он посещал любые мероприятия, на которые у него получалось достать приглашение, – от светских раутов до бурных вечеринок. На одной из таких вечеринок он и познакомился с юной китаянкой Сюжон. То, что начиналось как легкий флирт, очень быстро превратилось в настоящий роман, отчаянный настолько, что Дмитрий готов был поставить на кон свою карьеру.

Молодым все-таки разрешили пожениться, но в Китае не оставили. Новоиспеченное семейство Карелиных покинуло Поднебесную – а Сюжон разорвала все связи со своей семьей. Ее родные так и не простили ей выбор, который посчитали позором.

Но сама она ни о чем не жалела. Молодые люди были не слишком богаты, но и не бедны, Дмитрий обеспечил им уверенное место в среднем классе. У пары родилось трое детей, и двое старших восприняли союз родителей совершенно спокойно. Ну а третьим был Энлэй, и у него как раз случился кризис идентичности – хотя сам он не определял его такими словами ни в детстве, ни сейчас.

Из троих детей он один выглядел как чистокровный китаец. Это не только привело к насмешкам в школе, которые рослый и крепкий Энлэй с легкостью преодолел, но и заставило заинтересоваться своими корнями. Все остальные в их семье смирились с тем, что родственники Сюжон не желали ее знать. Энлэй же пытался их понять, а для этого ему нужно было больше данных.

Пусть и не сразу, но мать все же решилась ему рассказать. Так он узнал, что ее семья была не просто уважаемой – знатной и очень богатой. Из тех, где ребенку на совершеннолетие дарят и дом, и машину, считая это мелочами. У всех кузенов Энлэя с младенчества была роскошная жизнь, на фоне которой его существование казалось совсем жалким.

— Дело было не в деньгах как таковых, – подчеркнул он. – Дело было именно в стиле жизни… Они путешествовали по местам, о которых я не мог и мечтать, встречались с людьми, которых я видел только по телевизору. А теперь умножь это на то, что я выяснил все это подростком.

— Был скандал?

— Еще какой…

Энлэя не покидало ощущение, что мать украла у него ту самую жизнь мечты. Справедливые замечания Сюжон о том, что без Дмитрия он вообще не появился бы на свет, подросток умело пропускал мимо ушей.

Он попытался связаться с китайскими родственниками, однако получил предсказуемый отказ со всех сторон. Сюжон была далеко не единственным ребенком в семье, ее родители счастливо воспитывали более «чистых» внуков и Энлэя не желали знать.

По-хорошему, ему следовало обвинить их – или не обвинять никого вообще. А он обвинил в своих бедах смешанное происхождение. В России его дразнили за то, что он китаец, в Китае не признавали за то, что он русский. Ему казалось, что нельзя объединить две эти грани, нужно выбрать одну.

— И ты предпочел быть просто якобы китайцем? – удивилась Оля. – Почему?

Энлэй молча обвел рукой собственное лицо и бросил на девушку укоризненный взгляд.

— Поняла, прости…

С семьей он ссориться не прекратил, сразу после поступления уехал из квартиры, поселился в общежитии. Естественно, это задевало его родителей. Но сначала нелюбовь к собственному наследию была проявлением типичного подросткового упрямства, а потом стала привычкой.