Книга Утро морей, страница 119 – Влада Ольховская

— Я разберусь, — кивнула Юля. — А ты вызывай медиков, полицию, пожарных — всех сразу!

Она не сомневалась, что это кто-то из адептов «Белого света», поэтому не была удивлена, увидев в зале тощую фигуру. Удивило ее кое-что другое: она знала, кто это.

— Майя? — пораженно прошептала Юля. — Ты?

Впрочем, от Майи тут осталось не так уж много. Так будто из воска слепили ее фигуру — а потом сожгли, и сохранилась ровно половина, да и то оплывшая и деформированная. Но при всей своей очевидной слабости и болезненности, Майя держалась уверенно и двигалась бодро. Она и правда была мокрой, а запах бензина давал понять, что это не вода. Команда кафе сработала на отлично: посетителей уже увели, официанты и повара держались подальше. Приближаться к этой ненормальной никто не рисковал, потому что она держала в руках зажигалку.

— Узнала, значит? — криво усмехнулась Майя, демонстрируя темные остатки зубов. Она, в отличие от более адекватных адептов, протезы не носила. — А я уж думала, что тебе совсем память отшибло, только деньги тебя теперь интересуют!

— Ты пришла мне нотации читать?

— Я пришла остановить тебя! Если ты не закроешь эту поганую нору, я сожгу себя прямо здесь!

Майя еще не поддалась истерике, но явно была не в себе. Ее трясло от нервного перевозбуждения, глаза лихорадочно блестели. Она не была человеком, с которым можно нормально говорить, и Юле это совсем не нравилось. Хотелось передать ответственность за все это кому-то другому, но она не могла, ей нужно было сдерживать психопатку до приезда полиции.

— Вот на какую работу тебя теперь посылают хозяева?

— У меня нет хозяев! И никто меня сюда не посылал! Я сама это захотела, это моя инициатива!

— Ну да, мы ведь обе знаем, как сильно ты любишь огонь.

— Думаешь, я этого не сделаю? Сделаю! Закрой кафе!

— Хорошо, закрою, — пожала плечами Юля. — Довольна?

— Э, нет! На слово тебе никто верить не собирается, все вы лживые мрази! Я вызову нужных людей, ты подпишешь документы! Ты передашь это место нам!

— Ни фига себе у вас способ получения бизнеса, — нахмурилась Юля. — Я никого сюда не пущу, полиция уже едет, Майя. Заканчивай.

— Ты должна! Или я себя сожгу!

— У тебя дети есть, ты забыла? Муж тебя ждет! Разве это не важнее, чем твоя возня с «Белым светом»?

Юля не особо надеялась на упоминание мужа, а вот память о детях должна была отрезвить Майю… в идеале. Не сложилось. Не похоже, что Майя забыла о семье, ей просто ни до чего больше не было дела, кроме идей, которых, если уж глубоко копнуть, не существует. Это просто ширма для таких наивных дурочек, как она.

— Я делаю этот мир лучше для своей семьи! — заявила Майя.

— То есть, истинная свобода в том, чтобы вы выбирали, чему существовать, а чему — нет?

— Не заговаривай мне зубы! Подписывай!

Юле как раз полагалось заговаривать зубы, вести себя деликатно, может, даже подписать что-то для вида — наверняка это можно будет оспорить в суде. Но она вдруг почувствовала, что не хочет. Время, когда «Белый свет» мог действовать вот так нагло, закончилось, и они должны были понять это.

— Майя, я ничего не подпишу, а ты себя не сожжешь. Ты сама превратишься в шашлык — а это ничего не изменит. Просто не будет тебя.

— Люди перестанут сюда ходить, если я сгорю!

— Не перестанут, ты что, людей не знаешь? Найдутся те, кто специально ради этого ходить и будет. Ты допустила ошибку — но еще ведь не поздно все исправить! Ничего по-настоящему плохого ты не сделала. Отдай мне эту дурацкую зажигалку, смоем с тебя этот вонючий бензин и поговорим.