Книга Утро морей, страница 71 – Влада Ольховская

Но еще до того, как американцы приняли решение, формула была украдена в рамках промышленного шпионажа. Кем именно — в документах не указывалось, но приложенные заметки были сделаны далеко не латиницей и не кириллицей. Судя по всему, формула «Стэди» укатила в Азию.

Однако мудрым азиатам спокойствие требовалось меньше, чем американским военным. Они собирались усовершенствовать формулу — видимо, насмотревшись фильмов про идеальных солдат. Но идеальный солдат так и не был создан, а вся физическая побочка, связанная с новинкой, оказалась исключительно негативной. Лучшее, чего удалось добиться местным ученым, это обеспечение абсолютной покорности тех, кто принимал препарат хотя бы неделю.

Макс же во всем видел новые и новые доказательства. Никто не писал напрямую, что замгарин — это наследник оригинального «Стэди» и его измененной формулы, но признаки-то налицо! Спокойствие, внушаемость, покорность, фанатичная приверженность идеям, а поверх всего этого — нарастающие мутации, которые теперь пытаются втюхать как новую красоту.

И все же пока он не мог понять, где произошел финальный шаг от измененного «Стэди» к новому замгарину. Замгарин — международная проблема, так что глупо винить в этом правительство какой-то одной страны. Да и потом, во многих странах Азии он уже запрещен, и запрет этот ввели до того, как возникли паразиты вроде «Белого света». А вот в Европе и США замгарин очень даже прижился и теперь доставляет нехилые проблемы. Что получается в итоге?

Да ничего.

Отчаиваться Макс не собирался, только не после того как продвинулся так далеко. Он сжег распечатки все на том же пустыре и отправился домой.

Настоящей эмоциональной близости от Жени фиг дождешься, не тот человек, однако пока Максу было достаточно того, что его дома ждут. Можно будет прийти туда и по-настоящему переключиться, забыть обо всем хотя бы до следующего утра.

По крайней мере, так было обычно, а сегодня оказалось по-другому. Когда Макс добрался до квартиры, выяснилось, что ждет его не только Женя.

— Смотри, кто к нам пришел! — жизнерадостно улыбнулась она, хотя взгляд оставался холодным.

Гость приветственно махнул ему рукой. Шурик Добровский узнавался в этом существе не сразу, кузен как будто ссохся, сдулся, и от этого возникало ощущение, что и плечи теперь уже, и бедра шире, хотя так, конечно же, быть не могло. Потеря волос, бровей и ресниц тоже сильно его изменила, а в сочетании с чуть отвисшей кожей — видимо, из-за резкой потери веса, — это придало лицу неприятную женоподобность.

Да и выражение было несвойственное Шурику… не ему прежнему так точно. Не ленивый кот, пригревшийся на солнце, а пожилая торговка, которая сегодня никого не сумела обвесить на рынке, а потому не в духе.

— Мне нужно с тобой поговорить, — объявил Шурик. — Наедине!

Макс почувствовал мгновенную вспышку гнева. Шурика никто сюда не звал: после их разговора о деньгах Макс не испытывал ни малейшего желания общаться с кузеном. А Шурик словно позабыл об этом, заявился, как к себе домой, да еще и неприязненно косится на Женю, которой здесь очень даже рады.

Поэтому Макс собирался выставить кузена вон любым доступным способом, но Женя успела вмешаться:

— Поговорите, если надо, у меня все равно проект не доделан!

И она с готовностью сбежала, ей хватило и того времени, что она уже провела наедине с Шуриком.