Книга Утро морей, страница 85 – Влада Ольховская

— К участку, начальника которого Антоша вызывал на откровенный разговор!

— Даша, вы торопитесь с выводами, — убеждала ее Ника. — Произошло убийство человека, это страшно, чудовищно. Но его нельзя расследовать за пару часов! Тебе не кажется, что вы просто назначаете виноватых? И не вы даже, а кто-то за вас?

— Хватит! — раздраженно поморщилась Даша. — Лучшее, что могут сделать сейчас пасты, — помочь нам, показать, что вы не все одинаковые!

— Дарья, что ты несешь?!

— А не можешь помочь — не мешай, но стоять у меня на пути я тебе больше не позволю!

Сказала — и рванула к выходу, а минутой позже Ника услышала, как в прихожей хлопнула дверь. Она осталась в квартире одна, растерянная, как будто помоями облитая.

Первым импульсом было бежать за Дашей, но на этот раз она не поддалась. Она сможет только наблюдать со стороны, в тусовке замгаринщиков она всегда будет чужой.

Все случилось слишком быстро, слишком неожиданно… а толпу уже кто-то направил! Похоже, этого несчастного Антошу Мамалыгу просто использовали как разменную монету. Но почему его, почему сейчас?

Сама она бы не догадалась, а надежный источник информации у нее по-прежнему был только один, и Ника потянулась за телефоном.

Они очень редко в последнее время встречались с профессором Авериным. Порой она забегала к нему по вечерам, помогала с уборкой квартиры, готовила — только так она могла отплатить за его помощь и советы.

Но застать его дома становилось все сложнее. Он сдержал свое слово и перешел к активной борьбе с «Белым светом». Он писал статьи, выступал по телевизору, помогал с разработкой законопроектов. В «Белом свете» его знали и на дух не переносили, тот же Антоша Мамалыга не раз называл его исчадьем ада и новым воплощением Гитлера на земле. Аверин все это привычно игнорировал, он шел к своей цели с упорством танка, посвящая ей все свое время.

И все же это давалось ему нелегко — годы тоже просто так не отменишь. Когда он все-таки ответил, Ника мгновенно уловила в его голосе абсолютную, бесконечную усталость.

— Слушаю, Вероника.

— Денис Владимирович, извините, что отвлекаю… Вы про Антона Мамалыгу уже слышали?

— Да кто ж про него не слышал? — невесело рассмеялся Аверин. — Печально все это, Вероника. Дурачка этого жалко, как и любого человека, но дело ведь совсем не в нем. В этом истинный цинизм ситуации: умер он — а дело не в нем.

— Мне тоже так кажется, но я не могу объяснить, почему…

— Все очень просто: из него сделали сакральную жертву. К этому давно все шло, вопрос был только в том, кого назначат. Думаю, Мамалыга стал проблемным или просто отработал свой ресурс.

— Не хочу показаться совсем уж безграмотной, но сакральная жертва — это?..

— Смерть или иное очевидное страдание, которое объединяет сторонников одной идеи. Страдание — очень мощный ресурс, который не стоит недооценивать, Вероника. Впервые «Белый свет» попытался использовать его на разгонах своих митингов. Но там ничего трагического не произошло, силовики действовали осторожно, а парочку мажоров с синими задницами никому по-настоящему не жаль. Дальше оставалось два пути: ждать, пока сакральная жертва появится естественным образом, или обеспечить ее самостоятельно, такую, как надо.

— И Антон Мамалыга подошел идеально, — догадалась Ника. — Они все его знали и любовно называли Антошей. Дашка моя уверена, что потеряла близкого друга, хотя видела его всего пару раз и издалека!