Книга Ребро, страница 62 – Влада Ольховская

— Я не представляю, что он делал в той деревне, – завершил свой рассказ я. – Не похоже, что он хоть как-то контактировал с местными. Рискну предположить, что он снова собирался кого-то похитить.

— Охотился, – поправил меня Сергей.

— Чего?

— Охотился он, говорю. Ты ж сам упоминал, что у них животные дохли и растения загибались! Верный признак, что там обосновался…

В этот момент Громов бросил на него предостерегающий взгляд, и Сергей поспешно заткнулся. Любопытно. Выходит, приятельского между ними и нет ничего.

Скрытность Громова меня не обидела, я давно уже понял, что информацию мне будут выдавать скупо и поэтапно.

— Получается, выгрызенный дом на курорте тоже его рук дело?

— Не совсем его и не совсем рук, – усмехнулся Громов. – Но в целом похвально, что вы знаете об этом. Сергей прав. Думаю, если бы не ваше появление, он пробыл бы в деревне пару недель, уехал, а потом там пропали бы люди. Секта – очень удобная мишень для этого, там никто ни за кого не держится. Это я могу объяснить. А вот то, что он оставил вас в живых, – никак не могу. Это ему несвойственно, да и очевидно, что он намеревался с вами покончить, вы сами это упомянули. Как считаете, почему он передумал? Постарайтесь припомнить, что именно вы ему сказали, в какой момент он изменил свое решение?

Тут и думать нечего, я этот разговор сто раз в памяти прокрутил, пока в камере сидел. Вот только нужно ли им говорить?.. Пожалуй, да. Громов не дурак, он распознает и ложь, и скрытность, и искренность. Внесу-ка я аванс за будущие знания…

— Полагаю, это связано с моей женой.

— Вашей женой? Но она же умерла! По этому поводу – мои соболезнования. А ему такие соболезнования не нужны. То, что она была его дочерью, для него совершенно неважно.

Тут мелькнула неожиданная, почти ироничная мысль о том, что меня это радует. Не то, что отец так и не полюбил Рэдж, нет. То, что эта неведомая тварь, убивающая людей сотнями, никак не была связана с моей женой – даже эмоционально. Понятия не имею, был он ее отцом на самом деле или нет, но он не имел к ней никакого отношения!

— Я знаю. Когда мы первый раз говорили о ней еще на курорте, он остался равнодушен. Но там, в секте… Я сказал ему, что она жива, и вот это по нему конкретно так стукнуло.

— Любопытно. Почему вы так ему сказали?

— Потому что я верю в это, – твердо произнес я. – Труп старухи, который мне показали в морге, всего лишь искусная подделка. Возможно, Батрак тоже не был ни в чем уверен до конца. Он решил не убивать меня, чтобы, если что, использовать против нее или чтобы поймать ее… Не знаю. Чтобы строить хоть какие-то предположения, мне нужно сначала разобраться, кто он такой.

Вот и все, аванс я им выдал. Упоминать видение на темной улице, странный этаж и звонок я не стал. Да и не нужно им это. Если они и сейчас не заговорят по делу, они меня просто используют, а я такое сильно не люблю.

Они не спешили откровенничать. Громов сидел за столом, сомкнув перед собой руки, и раздумывал о чем-то. Антон делал вид, что его интересует исключительно ноутбук, хотя то и дело поглядывал на остальных. Сергей пялился на меня, словно ожидая, что я явлю миру чудо. Тане поболтать как раз хотелось, настолько, что она даже закусывала губу, чтобы сдержаться. Но уже было очевидно, что она не скажет ни слова по делу, пока не получит разрешение Громова.