Книга Ребро, страница 65 – Влада Ольховская

— Вот именно это и искал Арсений, – подтвердил Громов. – Это же было нужно моему отцу, он понимал, что полноценно изучить тот мир можно только через контролируемое проникновение. У отца были деньги, у Арсения были знания. Им оказалось несложно найти общий язык.

Примерно в тот же период с Арсением познакомился и сам Громов – отец направил его курировать этот проект. Он был младше Батрака, но не принципиально. Эти двое неплохо сработались, хотя Павел Громов не был так же искренне увлечен Внутренним миром, как его отец.

С тех пор Арсений, по сути, вел двойную жизнь. Чтобы не привлекать к себе внимания, он по-прежнему занимался историей и археологией. Этим же он прикрывался, когда наступало время экспедиций по заказу семейства Громовых. Вот где он пропадал в свободное время, вот ради чего он отказался от семьи и друзей… Хотя отказаться ему наверняка было несложно, такой уж человек.

Увы, для успеха одного энтузиазма мало. Внутренний мир существовал по своим законам и никак не поддавался изучению. Ломалось оборудование, гибли люди, а главное, истекало время – у них обоих.

— Думаю, мой отец и Арсений хотели попасть туда с одинаковым рвением, – задумчиво произнес Громов. – Для отца это стало просто наваждением. Ему по жизни везло, от нашего мира он получил все – успех, карьеру, богатство. Он мог позволить себе все что угодно, но в какой-то момент перестал хотеть. Он зациклился, все его мысли были о том мире. Я был недостаточно опытен, чтобы объяснить ему, как опасны навязчивые идеи… Да и не думаю, что это вообще было возможно.

— А Батрак, ему зачем было так нужно туда? – спросил я. – Интерес ученого?

— Скорее вопрос выживания. От родителей ему достались не только знания, но и слабые легкие. Его мать, насколько я знаю, умерла от туберкулеза. Сам он тоже страдал от этой болезни – я помню, он жутко кашлял уже во время последних наших экспедиций.

Получается, когда мы беседовали о курорте, Батрак не соврал мне… Точнее, не столько правду сказал, сколько вспомнил былое. На тот момент ему уже было пофиг на горный воздух, но когда-то он нуждался в таком вот отдыхе.

Он почему-то вбил себе в голову, что тот мир способен его вылечить. Возможно, у него даже были основания… Хотя, как по мне, логика странная: чтобы докопаться до мира, который, возможно, его чуть подлечит, он отказывался от полноценного лечения в этом мире и шастал по местам, где человеку со слабыми легкими лучше не появляться. По сути, он сам себе запустил последний отсчет.

— Но мой отец доверял ему именно поэтому, – отметил Громов. – Он был уверен: тот, кто хочет спасти свою жизнь, не будет мошенничать, чтобы хапнуть побольше денег. Когда Арсений сообщил ему, что предельно близок к прорыву и сможет открыть контролируемый портал, отец ему поверил. Он лично участвовал в этом мероприятии, хотя я был против.

— Это было девятнадцать лет назад?

— Нет, это было гораздо раньше. Я знаю, на что вы намекаете – Арсений пропал не тогда. Хотя тот эксперимент тоже закончился плачевно.

На словах у Батрака все было под контролем. Но как дошло до дела, оказалось, что до контроля ему весьма далеко. Никакой портал он не открыл, так, чуть надорвал границу между двумя мирами, устроил хаос, который и привел к трагедии. В тот день многие погибли, включая Громова-старшего. Арсений выжил, но благоразумно сбежал, опасаясь мести недавнего приятеля.