Книга Козлёнок Алёнушка, страница 80 – Дарья Донцова

Когда мы вышли от Леонова, я соединилась с Еленой и услышала:

— Я думала, ты умерла.

— Предположение ошибочно, – ответила я и включила громкую связь.

— Немедленно приезжай в Орловку, – закричала Диванкова, – прямо сейчас. Федя мне ничего не рассказывает. Его сбила машина! На трассе. Он умер! Я просила рассказать, что случилось, но он ни слова не произнес. Говорит: «Не помню». Но я чую – он врет! Знает, кто его хотел переехать. Сию секунду прикатывай сюда. Со Степаном! Из-за вас у меня одни неприятности.

— Если человек умер, то странно ожидать от него ответа на вопросы, – заметил Филипп, садясь в джип, – и уж совсем необычно, что покойник сообщил, будто он ничего не помнит. Едем в Орловку?

Я кивнула и пошла к машине.

— Подмосковный город, – доложил через пару секунд Фил, шагая за мной, – отсюда езды двадцать-тридцать минут в зависимости от загруженности шоссе. Ох, простите.

Майоров вытащил другой телефон.

— Добрый день, Анатолий Борисович. Да, это я. Секундочку, нахожусь на шоссе, связь плохая, отъеду в другое место.

Начальник компьютерного отдела сунул трубку в карман:

— Тело Светланы Вересовой изучал Анатолий Борисович Жук. Это его последнее дело, он, как верно сказал Леонов, ушел на пенсию. Я слушал разговор с издателем, одновременно рылся в интернете и увидел кое-что примечательное. Вскоре после выхода на пенсию Анатолий Борисович стал писателем, выпустил книгу «Тело и я. Рассказы простого эксперта». И через месяц приобрел дом в ближнем Подмосковье, участок двадцать соток. Семьи у него нет. Вилка, скажи, начинающему литератору, автору первой и пока единственной книги выпишут большой гонорар? Столько денег, чтобы хватило на покупку коттеджа в области близ Москвы? Пусть даже на маленький домик?

— Если писатель известное, а еще лучше скандальное лицо, – усмехнулась я, – популярный актер, телеведущий, тогда сумма может оказаться большой. А простой эксперт… Сомнительно, что его опус бросятся хватать, как бесплатные конфеты. Разве что к нему на стол в морге попадали исключительно богатые и знаменитые, и автор выкладывал все их тайны перед читателями.

— Я решил поговорить с мужиком, – воскликнул Филипп. – Накропал ему письмо: «Издательство «Элефант» заинтересовано в сотрудничестве с вами. Просим перезвонить по телефону», и указал свой номер.

Я усмехнулась:

— Так никто не делает.

— Но сработало же, – возразил Майоров, – к Анатолию Борисовичу надо прямо сейчас ехать, ковать железо, пока оно согласно и денег хочет.

— Нужно разделиться, – решил Степан, – Мирон и Ксения отправятся к Жуку. А мы трое покатим к Лебедеву.

— Понял, – сказал Майоров и схватился за трубку.

— Анатолий Борисович, прошу меня извинить. На дороге сплошные «дыры», постоянно связь исчезает. Разрешите к вам приедут два наших лучших сотрудника: Ксения Небова и Мирон Кротов? Отлично, прямо сейчас отправятся.

Психолог и детектив порулили к эксперту, а наша часть команды углубилась в область, довольно быстро добралась до городка и нашла местную больницу.

Лена сидела на стуле в коридоре. Увидев нас, она стала возмущаться:

— Вы на животе ползли?

— Спешили, как могли, – мирно ответил Степан. – Что с Федором?

Диванкова показала на узкую дверь с табличкой «Кладовая. Посторонним не входить». Мне стало не по себе. Пациента не положили бы в чулан, его отвезли бы в палату.