Онлайн книга «Приятных кошмаров»
|
— А это – вам, – «мормон» протянул заведующему литровую бутылку виски «Джонни Уокер», – в памьять о наш незабываемый встрьеча. А там, в корьидор, стоит несколько коробка фрукты… бананы, финики… эпплз… как это… яблоко! – «Мормон» гордо произнес трудное русское слово. — Спасибо, спасибо, – заведующий спрятал виски в ящик стола, – передайте дружественным мормонам нашу горячую благодарность… — Я хотеть… хотел поговорить с один ваш больной, – «патриарх» вынул из кармана картонный квадратик и с видимым трудом прочитал немыслимую для американца фамилию: – Сель… дьереев… это наш компьютер выбрал из ваших пациентов, – пояснил «американец», снимая с себя ответственность за странный выбор. — Нет проблем, – заведующий пожал плечами, – не прежние времена, говорите с кем хотите… только, вы знаете, у нас теперь закон – не разрешается пропаганда всяких сект… только четыре основные религии… — О, не волнуйтьесь! – «Мормон» темпераментно замахал руками. – Никакой религиозный пропаганда! Я только отдам… как это… свои подарки и немножко поговорью с больным… – И в подтверждение своих добрых намерений он опустил в карман белого халата шуршащую зеленоватую купюру с портретом американского президента. Вежливого щедрого «иностранца» проводили в палату. Он обошел больных и на каждую тумбочку положил пластиковый пакет с подарками. Наконец он увидел того, ради кого устроил весь этот спектакль, – виновника аварии на тридцать третьем километре Витьку Сельдереева. Он подсел к его кровати, выложил из сумки несколько ярких упаковок. — В сектанты агитировать будешь? – со знанием дела осведомился Витька. – У меня шурин в баптистах был, еле ноги унес. Ни тебе выпить, ни тебе покурить, ни тебе что! Десятину отдай, как будто налогов мало… Доброжелательный «американец» заверил Сельдереева, что против воли никто не запишет того ни в какую заморскую веру, но все же вкратце рассказал тому о мормонах – так сказать, в порядке ознакомления. Витьку особенно сильно поразило распространенное среди мормонов многоженство. — Это что же – мало мне одной Марьяшки, так меня три жены пилить будут? Это же никакого здоровья не хватит! Она одна-то меня ровно дрова ежедневно пилит, а втроем вообще на щепу изведут! — О, это не есть факт! – горячо возразил Сельдерееву «иностранец». – Когда жен много, у них начинается… как это по-вашему… соцсоревнование, каждая старается угодить свой муж… — Ох ни фига себе! – восхитился Витька. – А ведь ты, мужик, верно говоришь! Допустим, мне Марьянка выпить не даст, так я ко второй пойду или к третьей… А что, если они сговорятся? — О, это бывает очень редко! – успокоил его «иностранец». – Чтобы две женщины договорились… это… как по-вашему… просто чьюдо! — Кстати, мужик, там ваш дружественный народ ничего мне не передавал из выпивки? «Американец» огляделся по сторонам и вполголоса, почему-то совершенно утратив акцент, проговорил: — Все будет, и выпить найдем, сейчас только сестричка выйдет… а сигареты – пожалуйста, сигареты можно, – и он положил в прикроватную тумбочку блок «Мальборо». — А сьейчас, – «американец» снова заговорил громко и коверкая слова, – сьейчас расскажите мне, как с вами слючилось это несчастье, – он указал на искалеченные ноги Сельдереева, – я хочу знать, не проявилась ли в этом божественная воля и высшее предопределение… |