Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 100 – Елена Логунова

— Покидаю я вас, Лильмихална, какая жалость! – солнечно улыбнувшись, сказала Райка.

Она отбросила одеяло, встала и покачнулась.

— Сиди! – Я помогла ей опуститься на кровать. – Ты уверена, что хочешь уйти? По-моему, тебе надо лечиться…

— Не сейчас! – отрезала подруга и посмотрела на меня так требовательно и жестко, что я поняла: у нее есть веские причины для бегства из больничной палаты.

А еще я поняла, что о причинах этих Райка в данную минуту распространяться не хочет и ждет от меня не пустой болтовни, а конкретной помощи. Я отвела взгляд и, как обычно, сдалась. Надо уезжать – значит, уедем.

— Один момент, я подгоню к ближайшему выходу такси, – уяснив свою задачу, сказала я и побежала искать самый короткий путь по больничному лабиринту.

Отсутствовала я не один момент, а все пятнадцать минут, зато проложила почти прямой маршрут к выходу. Кроме того, я нашла наемный экипаж, и он с включенным двигателем ждал нас с Райкой прямо у крыльца.

— Все готово, идем! – гордо возвестила я с порога палаты. И остановилась в растерянности:

— Райка, ты где?

Подруги не было. Услышав возню в туалете, я понадеялась, что Раиса там, бесцеремонно дернула дверь и встретила донельзя испуганный взгляд тети-бегемоти.

— А-а-а-а! – заблажила она, словно распеваясь. – Я ничего не знаю!

— Где она? Где Раиса? – Я не собиралась уходить просто так.

— Я не знаю никакой Раисы!

Тетка ерзала, словно желая ввинтиться задом в унитаз. Это была нереальная задача: такая массивная пятая точка до отказа заполнила бы собой двухместное джакузи.

— Моя подруга, которая лежала в этой палате! Где она?!

— Ушла с мужчиной.

— Что за мужчина? Какой он?

— Я не знаю! – тетка истерично взвизгнула, а потом на редкость противным голосом добавила: – Вам лучше знать, какой у вашей подруги мужчина!

Это был удар под дых. Я лучше, чем кто-либо, знала, как трудно выделить из сонма Райкиных мужиков какого-то одного. Даже она сама, наверное, затруднилась бы вспомнить всех своих кавалеров! Я разозлилась на Райку, на себя, на эту тупую и вредную бабу и выдала все свое раздражение ей одной:

— Хорош придуриваться, тетя! Что, у мужика не было никаких примет?!

— Я не придуриваюсь! Я так испугалась! – бегемотиха задрожала, показывая, как сильно она испугалась, и упавшим голосом договорила: – Я запомнила только его пистолет.

— Козел-собака!

Я захлопнула дверь в сортир с такой силой, что с косяка посыпалась штукатурка, и выскочила в коридор. Куда этот мужик с пистолетом мог увести мою несчастную подругу? Как на грех, коридор пустовал, спросить было некого. Я рысью пробежалась по близлежащим отделениям – безрезультатно!

Что делать и где искать Раису, я не знала. Пометавшись по больнице с полчаса и не найдя никаких следов подруги и ее похитителя, я в совершенно убитом настроении поплелась было в «Перламутровый», и вдруг неунывающая Тяпа предложила:

— Может, заглянем к Ольденбургскому? Как-то он тут замазан, я это печенкой чувствую.

— Да, и ведь у него был пистолет, значит, мог оказаться и второй! – встрепенулась Нюня, видимо тоже прислушавшись к нашему общему ливеру.

— Заглянем! – кивнула я.

Это решение вывело вечернюю программу развлечений принца Паши Ольденбургского далеко за пределы больничной палаты.

Главный врач горбольницы № 3 профессор Нечиповский невкусно пил редкий китайский чай и обдумывал тезисы доклада на международном конгрессе травматологов в Москве. Актуальных тем для выступления у профессора, которого благодарные пациенты называли волшебником, имелось предостаточно, так что вопрос был не в том, что сказать, а в том, чего не рассказывать. Профессор заранее знал, что ему будет очень трудно удержаться от критики в адрес министерских чиновников, поддерживающих в подведомственной им медицине не новаторов и талантливых практиков, а исключительно махровых ортодоксов с их окаменевшими теориями.