Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 190 – Елена Логунова

— Клавдия Клушина, – произнесла я, пробуя псевдоним «на слух».

Потом нарочито медленно заполнила «шапку» анкеты и украдкой посмотрела на Викторию.

Она тоже работала с документами. Точнее, с одной-единственной бумагой, которую хозяйка кабинета внимательно читала, периодически черкая ручкой. Я присмотрелась, и у меня сложилось впечатление, что Виктория правит текст: уж очень характерные движения совершала ее правая рука со стилом. Вот она подчеркнула букву снизу: каждый корректор или редактор знает, что это означает требование изменить строчную букву на прописную. Вот обвела какое-то слово и пририсовала к овалу длинный мышиный хвостик, уходящий на поля: значит, это слово нужно выбросить из текста. Вот зачеркнула сразу несколько слов и написала сверху что-то другое…

Мне стало интересно: какой документ требует грамотной литературной правки? Ассортиментный перечень, штатное расписание, ведомость на зарплату?

Тут в кабинет сунул голову Михаил, исполняющий, как я поняла, функции привратника.

— Виктория, бумагу привезли, – сказал он, по-приятельски подмигнув мне. – Куда заносить?

— Сюда, ко мне. – Девушка оставила свой текст и следом за Михаилом вышла в коридор.

Я вскочила со стула, перегнулась через стол и впилась взглядом в оставленный на столе лист, но успела прочесть только заголовок: «Светлый путь». И строчкой ниже: «Тебе, блуждающий во тьме!»

— Уже уходите? – войдя в кабинет с пачкой белой бумаги для принтера, поинтересовалась Виктория.

Смекнув, что это объясняет, почему я вскочила со стула, я согласно кивнула:

— Ухожу. Вы позволите мне забрать анкету с собой? Для пущей точности ответов я хотела бы заполнить ее дома.

— Пожалуйста, – кивнула девушка.

Лицо у нее было озабоченное, и я поняла, что ей сейчас не до меня.

— До свидания, – вежливо попрощалась я, выходя из кабинета.

По коридору навстречу мне шел Михаил, лица которого я не видела за целой башней бумажных пачек, но признала по зеленому костюму. Человек-кузнечик пропыхтел мимо, так что я была избавлена от необходимости с кем-либо прощаться. Зато напоследок поздоровалась с каким-то типом, ввалившимся в дверь как раз тогда, когда я в нее выходила. Этот мужик так на меня уставился, что я должна была как-то на это отреагировать, хотя бы приветствием. Впрочем, дальше обмена кивками дело не пошло, потому что мужик был незнакомый и знакомиться с ним у меня желания не возникло. Мне никогда не нравились толстые лысые мужчины с ротовым отверстием, похожим на прорезь копилки, и таким выражением лица, словно в эту щелочку только что заполз крупный хрустящий таракан.

Разминувшись с несимпатичным толстяком, я вышла на улицу и направилась в сторону трамвайной остановки.

— Что она здесь делала? – едва войдя в офис, накинулся толстяк на Михаила, который первым попался ему под руку.

— Кто? О ком вы спрашиваете, Герман? – Человек-кузнечик проследил направление его взгляда. – А, Клавдия? Она анкету у Виктории заполняла.

— Какая, на фиг, Клавдия?! – взревел толстяк по имени Герман.

— Клавдия Клушина, – громко произнесла Виктория, выглянувшая из своего кабинета.

— Какая, на фиг, Клавдия Клушина?! – повторил толстый Герман, гневливо краснея и потея лысиной. – Офигели вы тут все, что ли?!

— Герман! – воскликнул явно шокированный Михаил.