Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 243 – Елена Логунова

— Хуже всего, что мы выбиваемся из графика! Галину везут от их с Андрюхой дома, с ней родные и близкие прощались там. Катафалк подойдет сюда, чтобы тем же рейсом подхватить Андрюху, и уже потом – прямиком на кладбище.

Тихий скрип двери заставил меня обернуться. Против ожидания из-за гроба выступил не отсмеявшийся Колян, а невысокая фигура в черном. Она приблизилась, и я узнала сестру Галины, Татьяну.

— Ой, девочки, это ужасно, это просто ужасно! – истерическим шепотом зачастила она.

— Ужасно, умерли оба, один за другим! – согнав с лица неподобающую моменту улыбку, кивнула Ирка.

— Такие молодые! – горестно воздела очи я.

— Да нет же! – осатаневшая от неразрешимых проблем Татьяна почти не соображала, что говорит. – Ужасно другое! Наш катафалк не пропустили по главной улице, пришлось объезжать по параллельной, парковаться негде, а Андрей еще не готов!

— И где сейчас катафалк? – спросила я.

— На стоянке у торгового центра «Город»! Администрация магазина в ужасе, народ шугается, а парковка открытая, солнце печет, в автобусе жарко, как в печке! Ой, что же делать! – Татьяна в отчаянии заломила руки.

Смотрелось это, надо признать, весьма уместно и особого внимания не привлекло.

— Действительно, что же делать? – повторил Моржик, задумчиво почесав в затылке.

— А ну, еще раз! – велела я ему. – Что ты на меня смотришь? Говорю, давай чешись!

Моржик неуверенно почухал себя за ухом, словно вытряхивая из волос мелкий мусор.

— Энергичнее, – потребовала я, выталкивая Моржика вперед, и сама стала рядом.

Моржик поскреб подбородок, а я запустила ногти себе в волосы и заработала кистью руки, как взбивалкой для крема. Через десять секунд моя прическа пришла в ужасное состояние, но это возымело должный результат: граждане, следующие по тропе мимо гроба, стали на меня засматриваться.

— Зудит – сил нет! – доверительно сообщила я первой же притормозившей даме.

Она отодвинулась и посмотрела на меня с некоторым испугом.

— У вас спирту не найдется? – спросила я.

— Ты че, девка? Поминки только после похорон! – с видом знатока произнесла какая-то старушка.

— Мне для дезинфекции. – Я покачала растрепанной головой и поскребла ногтями по обтянутым джинсами бедру. – Боюсь, заразилась от покойника!

В веренице прощающихся образовался разрыв.

— Он ведь от инфекции помер, – продолжала я, закрепляя успех. – От этой… Как ее?

С этим вопросом я обернулась к Моржику.

— От язвы! – с готовностью подсказал он, чешась, как шелудивая дворняга. – Сибирской!

— Восточносибирской! – зачем-то уточнила сомнительный диагноз Ирка, тоже начиная яростно скрести ногтями по бокам.

Народ дрогнул и через несколько секунд обратился вспять. Те, кто уже успел попрощаться со скончавшимся от мифической восточносибирской заразы Андрюхой, вымелись во двор, остальные водоворотом крутились в фойе, больше не заплывая в наш коридор.

— А что случилось? – изумился Колян, возвращения которого мы не заметили. – Где все?

И он оглянулся на лежащего в гробу Андрюху, как будто тот был организатором неудавшейся вечеринки. Андрюха, ясное дело, ничего не ответил, и Ирка с Моржиком— тоже. Войдя во вкус, они в четыре руки перекрестно чесали друг друга, как две безобразно завшивевшие обезьяны.

— Не обращай на них внимания, бежим к «Городу»! – Я потянула мужа к выходу – загробному, то есть расположенному за гробом.