Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 246 – Елена Логунова

По сценарию ролик нужно было снять двумя длинными планами. Сначала в кадре появлялись «Ухоженные мужские руки» с коробкой зефира в шоколаде «Лямур». «Ухоженные мужские руки» ловко открывали коробку – в этот момент звучал коварный басовитый смешок, а затем нежная дамская ручка под томное закадровое «Ах!» неуверенно изымала из бумажного гнездышка глянцевую зефирину. Потом камера показывала очаровательную даму в платье с корсетом и шляпке с цветами. Демонстрируя зрителям аккуратно надкушенную зефирину, дама моим голосом произносила: «Лямур! Искушение, перед которым не устоишь!», после чего обессиленно падала на подоспевшие «Ухоженные мужские руки».

В роли неустойчивой сладкоежки выступала практикантка Сашенька, соответственно наряженная и загримированная. И без того хорошенькая, девушка усилиями костюмера и визажиста сделалась настоящей красавицей, изящной куколкой с фарфоровым личиком и нежно-розовыми губами. Чтобы сохранить цвет губ, Сашеньке не велено было ничего пить и есть до окончания съемок. Это оказалось нелегко: уже через полчаса после начала съемок под софитами стало очень жарко.

В роли «Ухоженных мужских рук» дебютировал сантехник Вова, явившийся в телекомпанию с дежурной проверкой водопровода на предмет протечек и случайно угодивший на кастинг. По мнению проводившего отбор актеров Славы, именно у Вовы оказались самые красивые длинные пальцы. «Нервные руки пианиста», – сказал о них наш режиссер.

— Тогда уж органиста! – съязвил Вадик. – Тот тоже имеет дело с трубами!

Вова шуточек не слышал, потому что был немедленно отправлен в соседний парикмахерский салон на SPA-маникюр. Повели его под конвоем, так как смущенный сантехник выражал желание сбежать куда подальше от наших телевизионных дел.

Вадика, чтобы не вякал, Слава назначил главным надкусывателем. Его задача состояла в том, чтобы по мере необходимости поставлять необходимый для съемок ущербный зефир. Режиссер самолично изготовил идеальной формы шаблон, по которому перочинным ножичком вырезал краешек образцовой зефирины. Стремясь к идеалу, Вадик должен был делать примерно то же самое, но без подручных средств вроде шаблона и ножа, собственными зубами. Заказчик особенно настаивал на том, чтобы на экране было видно, что рекламная зефирина переполовинена человеческими челюстями, что, по его мнению, без слов говорило о съедобности продукта.

Отманикюренному Вове был выдан сценический костюм «Ухоженных мужских рук»: крахмальные манжеты с золотыми запонками и нарукавники из добротного черного сукна, прикрывшие нервные руки пианиста-сантехника до середины предплечий. Предполагалось, что этого будет достаточно, прочие части тела Вовы в кадр не попадали, а потому остались «в своем» – борцовской майке, спортивных штанах и шлепанцах на босу ногу. В сочетании с маникюром и манжетами это выглядело очень необычно.

Первую часть ролика с зефирной коробкой, которую мужские руки подают, а женские потрошат, отсняли быстро. С игровой частью материала пришлось попотеть.

— Полная готовность! – взволнованно блестя очками, вскричал Слава, расставив всех по своим местам. – Мотор! Камера!

— Феллини, – буркнул оператор Серега, включая запись.

— «Лямур! Искушение, перед которым не устоишь!» – закатывая глазки, проворковала Сашенька и покрутила у виска зефирным огрызком.