Книга Тень чупакабры, страница 60 – Алёна Моденская

Во дворе дома Новиков ожидаемо никого не встретил, однако на всякий случай старался вести себя как обычно. Если что, формальный повод быть в это время дома, да ещё войти в чужую квартиру у него есть.

Дверь квартиры Сергомасовых легко открылась.

— Профессор, вы дома? — крикнул Новиков, переступив порог. Ответа не последовало. Тоже ожидаемо.

Новиков прикрыл дверь и вошёл в прихожую. Да, эта квартира разительно отличалась от той, куда подселили следователя. У них чисто и скромно. Все ходят по краешку, чтобы других не задеть.

Здесь же — просторно и довольно уютно. Высокие книжные шкафы, тюлевые занавески на окнах, повсюду цветы в горшках и кадках. В большой комнате — мягкий диван, резной буфет с разномастной посудой и напольные часы с витиеватыми стрелками. Абажур над круглым столом, за которым по вечерам не нужно тесниться. Скорее всего, хозяева обедают, накрывая скатерть и ставя суповые тарелки в плоские. Чинно, стуча ложками по дну фарфора. Царского, наверное. Даже немного странно, что у них домашней работницы нет.

Новиков встряхнулся. Зависть — мерзкое чувство. В конце концов, ему тоже скоро отдельную квартиру дадут, Лена приедет, и они наконец-то распишутся. И тоже обязательно заведут гарнитур, стиральную машину, телевизор, большой диван, буфет с посудой, книжный шкаф и цветы в кадках. И ещё аквариум.

Ладно, о мечтах и планах можно поразмыслить позже. И где тут комната Кристины? Новиков по очереди стал отодвигать портьеры с дверных проёмов. Множество книг, зелёный тяжёлый стол на двух тумбах, настольная лампа. Стеклянные шкафы с обилием разномастных сверкающих склянок. Колбы, трубки. Так, это лаборатория профессора.

Новиков вошёл в другую комнату. Эскизы, развешанные по стенам, холсты на подрамниках стоят прямо на полу. Мольберт. Это мастерская Кристины. Ага, перегородка. Точно — кровать под шёлковым покрывалом, мягкий ковёр на полу, шкаф с большим… А зеркало-то где? Вместо зеркала на плоскости двери нарисован закатный пейзаж с морем, парусами и чайками. Новиков некоторое время рассматривал мазки, оформляющие небо. Розовый плавно переходит в фиолетовый, и блики на морских волнах.

Потосковав об отпуске на море, Новиков открыл шкаф. Достал бельё, на всякий случай ещё спортивный костюм. Пакет-то он не захватил. Положил одежду на кровать. Подошёл к трюмо. Здесь зеркало было на месте, только смотрело как-то косо, в сторону окна.

Когда они с Леной поженятся, надо будет ей обязательно такое трюмо подарить. Чтобы у неё всякие хорошо пахнущие пузырьки и помады там стояли. А не как у Кристины — фарфоровые собачки да укутыши. Ни косметики, ни духов, ни даже расчёски. Странная девушка.

Сняв со спинки стула халат и поборов искушение залезть в ящик, Новиков взял одежду и вышел в художественную студию. И где у неё рисунки хранятся?

Обошёл комнату, заглядывая на все подрамники, стоявшие вдоль стен. Пейзажи, портреты. Ничего интересного.

Новиков отнёс одежду в гостиную. Вернулся в мастерскую. Стал один за другим выдвигать ящики громоздкого комода. Действительно, в нижнем ящике обнаружилась папка с листами.

Новиков огляделся. Сел на кушетку у окна. Раскрыл папку. Первой, кого он увидел, была мерзкая собачья морда, пускающая слюни. Из пасти у пса торчали женские ноги в чулках и туфлях на шпильке. Это, кажется, понятно. Новиков припомнил историю о том, как Арбузов пускал слюни Кристине на юбку. Или что там на ней тогда было. Наверное, и на других тоже облизывался. Вроде буфетчица рассказывала что-то про танцевальные номера с короткими юбками и задиранием ног.