Книга Страшная неделя, страница 90 – Алёна Моденская

Новиков припарковался, Антон поставил свою «Газель» рядом. Вдвоём они пробежали под ледяным дождём и ввалились в сени дома священника. Во время перебежки Новиков успел заметить, что изба выглядела вполне нормально. А значит, никакого членовредительства ночью, скорее всего, не произошло. Интересно, почему упыри к отцу Павлу не пожаловали? Или они не в курсе, что тетрадка снова поменяла местонахождение?

В большой комнате уже ждали Ядвига Мстиславовна с внучкой, отец Павел, Наталья Львовна с сыном и почтальонша Света. Как только Новиков вошёл, к нему разом повернулся целый хоровод бледных напряжённых лиц. Ясно, лёгкого разговора не получится.

— Как ночь прошла? – спросил Новиков после короткого приветствия у отца Павла. – Никто не беспокоил?

— Пытались вползти, – осторожно ответил священник. – Но сами удалились. – И он положил ладонь на тетрадку, лежавшую перед ним.

— Понятно. – Новиков сел за стол, остальные разместились по кругу.

Все молчали, только где-то тикали ходики. Оконное стекло позвякивало от ветра и летевших льдинок. За окном ветвями размахивали кусты и деревья. Вверху гудело под крышей.

— Какая странная погода сегодня, – выдавил Новиков, глядя, как колыхались кружевные занавески на окнах.

— Соответствует обстоятельствам, – кивнула Ядвига Мстиславовна.

— Сегодня всё соответствует обстоятельствам, – проговорила Наталья Львовна, сцепив руки так, что пальцы побелели. – День такой. Страшный.

— А правда, что Страшна́я суббота – единственный день в году, когда Бог не слышит молитв, потому что спускается в ад? – спросил Гаврил у отца Павла.

— Зачем он туда спускается? – подал голос Антон.

— Чтобы вывести прощёных грешников, – тоненьким голоском сказала Зоя. – Тех, кто отмучился.

Комната погрузилась в сумерки. Новиков посмотрел в окно. Теперь уже не видно было даже сада – всё пространство сплошной стеной скрывал густой снегопад. Как бы им самим не пришлось сегодня спускаться в ад.

— Долго мы ещё будем тут сидеть? – скучающе спросила Света. – А то мне ещё по посёлкам сегодня колесить.

— Ничего, успеешь. Вот, возьми. Раздашь всем старостам. – И Ядвига Мстиславовна положила на стол несколько завёрнутых в кульки пакетов.

— Ладно. – Света буднично убрала пакеты в сумку. – А что там?

— Могильная земля, – нарочито равнодушно проговорил Гаврил.

— Чего? – округлила глаза Света.

— Да ладно, не выпендривайся. Можно подумать, ты тут первый день живёшь, – отмахнулся Гаврил.

— Света, а где вы в первый раз чужаков видели? – спросил Новиков, наконец отрывая взгляд от окна, где разыгралась настоящая планида с метелью и ледяным дождём. Только грома не хватало. А вот и он – глухие раскаты издалека.

— В первый раз? – нахмурила лоб Света, тоже прислушиваясь к грому. – Не помню. А что?

— Надо попытаться вспомнить, – мягко настаивал Новиков. От этого зависел их сегодняшний маршрут.

— Ну… – протянула Света, глядя в потолок. – Где-то в лугах, за деревнями. Распутица была, у меня велик увяз. Я смотрю – кто-то идёт. Думаю – попрошу помочь. Обычно-то никто не отказывает. А там какой-то хмырь в лохмотьях. Я напугалась, а он уже ко мне намылился. Хорошо, проезжал грузовик с карьера, он его спугнул.

— С карьера, – медленно повторил Новиков, глядя на сплошные белые потоки снежных хлопьев за окном. – Это ведь песочный карьер, да? А я вроде слышал, что тут везде глина.