Книга Зловещие маски Корсакова, страница 161 – Игорь Евдокимов

На одной из них, практически возлежа в позе римской патрицианки, его ждала Франческа. И в свете вышедшей из-за туч луны она смотрелась просто волшебно. Ее бледная кожа и золотые волосы сияли. Аристократический профиль будто вылепил гениальный скульптор. Мокрая от прошедшего дождя площадь лишь дополняла нереальную картину. Казалось, Корсаков спит и видит очередной сон. Не кошмарный, для разнообразия.

Корсаков ускорил шаг, чувствуя, как быстрее забилось его сердце. Как и два дня назад, на балу, он лихорадочно пытался придумать приветствие, которое не выставит его полным ослом в глазах девушки.

Именно поэтому он слишком поздно заподозрил неладное.

Что-то в этой картине было не так.

Секунду назад он почти бежал, но теперь замедлился, пытаясь понять, откуда взялось объявшее его чувство опасности. Неправильности.

Его шаги гулким эхом отдавались от стен окружающих домов, пока он не остановился совсем, не решаясь сдвинуться с места.

Франческа медленно повернула голову к нему. И Корсаков понял, что же заставило его испугаться.

В свете полной луны тени отбрасывали все немногочисленные объекты на площади. Дома. Одинокий флагшток. Фонари. Колодцы. Даже сам Корсаков.

Тени не было только у Франчески.

1881 год, октябрь, Венеция, площадь Святого Иеремии

Губы Франчески растянулись в хищной улыбке. Глаза вспыхнули, разгораясь все ярче и сжигая кожу вокруг себя, пока не обнажили два уголька в пустых глазницах черепа. Чудовищная девушка медленно встала со скамьи, направила на Корсакова указующий перст и издала отвратительный торжествующий визг.

Владимир мыслил быстро. Он не сомневался, что перед ним – набравший силу чернильный демон, высвобожденный Фаруком из библиотеки. Встречаться с ним в открытом бою было чистым самоубийством. Поэтому логичным выходом было бы тактическое отступление. Если бы ловушка не захлопнулась прямо у него на глазах.

На площадь выходило пять переулков – тот, из которого он пришел, два отрезал демон и еще два маленьких закутка виднелись меж домами справа. Но сейчас каждый из них извергал из себя фигуры в белых масках и черных плащах.

«Да сколько же их у Фарука?» – в сердцах подумал Корсаков. Одного он убил на мосту во время их первой стычки. Еще одному вышиб мозги выстрелом в библиотеке, двух разрубила пополам ловушка. Но сейчас Владимир насчитал как минимум двадцать фигур. Как он раздобыл столько покойников?

Бежать было некуда. Оставалось драться. На широкой площади у него оставалось хотя бы минимальное пространство для маневра. Демоница застыла, разглядывая Корсакова. Казалось, она с интересом ждала, что предпримет ее добыча.

Владимир откинул полу плаща, чтобы удобнее было дотянуться до рукоятки револьвера, но не спешил вынимать его из кобуры. Вместо этого Корсаков извлек из трости свою шпагу и принялся с маниакальной скоростью чертить защитные линии на плитах площади. Если бы ему противостоял только чернильный дух, то можно было бы попытаться спрятаться внутри защитного круга. Но слабые символы, скорее всего, надолго демоницу бы не задержали, а на более сложные ему не хватило бы времени. С присутствием кадавров этот план и вовсе был бесполезен – как показала стычка в библиотеке, защитные круги от духов никак на них не влияли. А одновременно отбиться от двадцати вооруженных противников не смог бы даже дядя Михаил. Словно прочитав его мысли, кадавры пришли в движение и начали приближаться.