Книга Зловещие маски Корсакова, страница 167 – Игорь Евдокимов

Мучительно хотелось выпить кофе. Внутренняя тактичность не позволяла будить хозяйских слуг, которым оставалось спать совсем немного. Впрочем, Корсаков не сомневался, что с задачей приготовления одной чашечки справится и самостоятельно. Он оделся и бесшумно выскользнул в коридор. Его комната располагалась в той же части дома, что и гостиная. Поэтому, проходя мимо нее, Владимир увидел тонкую полоску света, пробивающуюся из-под двери. Корсаков остановился, помедлил, но все же аккуратно заглянул внутрь.

Франческа сидела перед столиком с разложенными картами, уставившись на них с потерянным видом. На подносе рядом с колодой стояли дымящийся кофейник с двумя чашками и наполовину догоревшая свеча. Владимира девушка, кажется, не заметила. Возможно, правильным решением сейчас было бы тихо прикрыть дверь и отправиться дальше, но вместо этого Корсаков легонько постучал костяшками пальцев и спросил:

— Вам тоже не спится?

Он ожидал, что Франческа вздрогнет от неожиданности, но девушка лишь посмотрела на него так, словно все это время прекрасно знала, что он стоит на пороге. Добавляло неловкости и то, что она разглядывала его молча, будто оставляя за Корсаковым право попытаться сказать что-то еще или же тихонько исчезнуть с глаз долой.

— Будет ли с моей стороны наглостью попросить, чтобы со мной поделились кофе? – постарался невозмутимо уточнить Владимир. Ответом стал неопределенный взмах рукой, который можно было интерпретировать и как «Прошу, присоединяйтесь!», и как «Подите прочь!».

Женщины. Почему с ними всегда так?

Корсаков выбрал первую версию, а потому вошел в комнату, уселся напротив Франчески и разлил содержимое кофейника по чашкам.

— Две, да? Такое впечатление, что вы меня ждали…

— Не ждала. Знала. Это разные вещи.

Франческа рассматривала его так, словно видела впервые. И Корсакову под этим взглядом было неуютно. Как и всегда, он решил закрыться от пристального внимания иронией:

— Это вам карты сказали?

— Интуиция, – ответила девушка. – Погадать вам?

— Я не верю в Таро, – честно сказал Корсаков.

— Да? – Она удивленно вскинула брови. – И почему же?

— Ну, любые пророчества и гадания подразумевают, что будущее уже предопределено. Но в таком случае мы сталкиваемся с интересной дилеммой. Если прогноз слишком конкретен, то мы получаем возможность избежать предсказанного результата. Или, по крайней мере, попытаться. Если же он слишком обтекаем, им можно оправдать любые события. К тому же мне не нравится сама идея, что некий провидец, если бы я к нему обратился, мог бы сказать: «Владимир, твой дядя и еще один турецкий колдун хотят предать вас, они сделают это в Болгарии, твой брат погибнет, а отец сойдет с ума». И единственная причина, по которой так и произошло, заключается в том, что я просто не нашел такого предсказателя.

— Вы забыли про Кассандру Троянскую, – заметила Франческа. – Пророчества которой всегда сбывались, только им никто не верил.

— Что можно объяснить волей богов или человеческой глупостью, ведь если она раз за разом оказывалась права, то кто-то мог бы ее и послушать… – фыркнул Корсаков.

— Но речь сейчас идет не о предсказаниях будущего, – продолжила Франческа. – Речь идет о настоящем.

— О настоящем? А зачем на него гадать? Я и так знаю, что происходит в настоящем.