Книга Зловещие маски Корсакова, страница 179 – Игорь Евдокимов

Атака не заставила себя ждать. Первый кадавр ринулся к нему, занося меч. Плавным танцующим движением, которому его научил дядя Михаил, Корсаков увернулся, пропустил мертвеца мимо себя и снес ему голову взмахом сабли. Новый противник уже подступал следом. Владимир дал инерции закружить себя, поднырнул под удар, упав на колени, и перерубил кадавру ноги. Галеаццо не врал – сабля была исключительно острой. Мертвец рухнул на пол, но попытался ползти дальше. Корсаков крутанул саблю, взяв ее обратным хватом, пришпилил кадавра к полу, приставил к его голове револьвер и спустил курок.

Друзья за его спиной тоже вступили в бой. Галеаццо сражался как дуэлянт с оперной сцены – широкими, красивыми выпадами, с горящими глазами, будто в этом был смысл его существования. Его попытались окружить трое кадавров, но Бонавита, ловко маневрируя, парировал их удары и заставлял мешать друг другу. Один из противников открылся, и Галеаццо обрушил ему на голову удар, раскроивший череп надвое.

Другой противник наседал на Франческу. Его меч стремительно рухнул на девушку сверху вниз, но она успешно парировала его, выставив саблю над собой. Ее левая рука метнулась к лицу противника, будто намереваясь дать пощечину, но вместо этого в ладонь ей лег уже знакомый Корсакову миниатюрный «дерринджер». Раздался хлопок, в воздухе застыло облачко дыма, а кадавр рухнул перед ней наземь.

Однако мертвецы, даже потеряв четырех собратьев, продолжали наседать. Ограниченное пространство атриума, с одной стороны, не позволяло Корсакову и его союзникам свободно маневрировать, а с другой – заставляло противников жаться друг к другу, теряя численное преимущество. На Владимире, Галеаццо и Франческе сейчас висело по четыре противника, и противостоять им всем одновременно было крайне сложно. Корсаков даже не успевал вскинуть револьвер, чтобы выстрелить одному из оживших трупов в голову. Пришлось всадить ближайшему из кадавров пулю в ногу. Боли тот явно не испытывал, но раздробленный сустав подломился и заставил его упасть. Добить его Владимир не успел, ему срочно пришлось отбивать удар выросшего справа врага. Этого кадавра Владимир полоснул поперек живота. Кишки не выпали – их, судя по всему, уже не было. Вместо этого в нос ударил резкий запах формалина. Срочно требовалось пространство.

— Владимир, меняемся! – словно прочитав его мысли, крикнула из-за спины Франческа.

Корсаков обернулся – и понял, что ему предлагают. Он рывком разорвал дистанцию с ближайшим противником, перекатился и перехватил кадавра, с которым сражалась Франческа. Девушка в этот момент заняла уже его место. Эта рокировка позволила Владимиру снести новому врагу черепушку выстрелом из револьвера, а Франческе – перерубить позвоночник тому мертвецу, что еще секунду назад наседал на Корсакова.

— Не думала, что ты так быстро поймешь, что я предлагаю!

— Боюсь, что я еще успею об этом пожалеть.

Они обменялись улыбками и встали спина к спине, встречая новых кадавров. Удачно срубив голову одному из своих противников, к ним пробился Галеаццо.

— Эти ублюдки не знают усталости! – выдохнул он, откидывая со лба намокшую от пота прядь волос. – Какие будут предложения?

Корсаков кивнул на лестницу, ведущую вверх, к балюстраде:

— Заберемся наверх. Так они не смогут нас окружить.