Книга Аккорды смерти в ля мажоре, страница 78 – Елена Бриолле

Глаза Аннабель Норин горели. Она плавно проходила между рядами участников сеанса, чуть касаясь их плеч кончиками пальцев.

— Погодите, – сказал Турно, – погодите! Ваши слова меня запутали. Если мы рождены свободными, то я могу делать всё, что захочу? Но ведь это беспредел, непорядок.

Аннабель Норин повернулась к Турно и сильно ударила его по щеке. Мадлен вздрогнула и замерла. Зал опять погрузился в тишину.

— В вас говорят демоны прошлого! Вон! Вон отсюда! Уходите, демоны! – При этом она ещё раз хлестнула Турно по щеке. Он опешил и явно не знал, как реагировать. – Этот господин заблудился. Его ум цепляется за идею искусственного порядка, но в жизни этот порядок не действует. В жизни действуют естественные законы, законы природы. Они нам показывают путь и дают пример. Братья и сёстры, мы все иногда сомневаемся, но сомнения съедают душу, сомнения – это страхи и демоны. Поможем нашему брату избавиться от них и стать сильнее.

Аннабель Норин ещё раз дала пощёчину Турно, затем взяла за руку соседа и потянула его, чтобы тот встал, подошёл и повторил её жест. Господин с потным лбом и шрамом на щеке сосредоточенно посмотрел на Турно и со всей силы ударил его ладонью по скуле.

Пианист заиграл «Море» Дебюсси. Хозяйка теперь касалась каждого участника, они подходили и ударяли Турно. После каждого удара Норин повторяла:

— Оставьте его душу, демоны прошлого! Мы все – волна!

Лицо Турно покраснело от ударов. Из носа потекла кровь. Мадлен наблюдала за действиями окружающих. Всё было как во сне. В ушах звенели жестянки. Голова разрывалась от этого звука. Турно смотрел на неё так, будто говорил, что это страдание – это не страдание, а очищение. Наконец хозяйка взяла за руку саму Мадлен. Она встала и неслышными шагами подошла к Турно. Теперь его глаза уже ничего не выражали. Только пустоту загнанного животного. У неё сбилось дыхание.

— Оставьте его душу, демоны прошлого! – прозвучало где-то рядом.

Эти слова воодушевили Мадлен. Она тоже размахнулась и ударила Турно ладонью по уху. Турно пошатнулся и медленно спустился на пол.

— Мы все волна! – пролетело под потолком гостиной. Все снова зааплодировали.

Мадлен уже не понимала, кто и что говорил. Лица в её голове начали смешиваться в одно пульсирующее красное пятно. Аннабель Норин снова взяла её за руку. Кажется, тело её начало раскачиваться из стороны в сторону. Раз – два, раз – два! Прибой нельзя остановить, волна – это сила капель, заряженная любовью. Мы все рождены быть свободными и должны слушать желания своего тела. Так открываются чакры любви.

— Значит, Бодо был прав. У нас действительно появился новый каменщик, мастер на все руки, – опуская глаза на пианино, сказала Августа фон Варенсфельд. – Положите инструмент на место. Сейчас сюда придёт стража, и тогда вам точно несдобровать.

— Вы преувеличиваете силу своего голоса. Господин Эбхардт ответственно подошёл к реставрации замка. Стены тут прекрасно сдерживают звуки голоса и револьвера.

Ленуар опустил руку в карман, словно берясь за рукоятку оружия.

— Давно вы шпионите на немцев? – спросил он. – Отвечайте! Франц Шмид – ваш поставщик телеграфов?

— Вы напрасно тратите время. Какая разница, сколько я здесь живу и где жила и работала раньше? – Августа говорила тихо, не отводя взгляда. – Каждый из нас всего лишь исполняет свой долг перед государством. Моё время уже закончилось, но мне не безразлично будущее наших детей. И если Франция заключает альянс с Российской империей, захватывая мою страну с двух сторон в тиски, то я не могу просто так сидеть и спокойно за этим наблюдать в ожидании, когда нас захватят.