Книга Замуж за негодяя, страница 36 – Валерия Аристова

Артур поднял брови, но не ответил. Весь оставшийся путь он молчал, думая о чем-то своем. Джулия не мешала ему. Она понимала, что ему есть о чем подумать.

Оливер Леннор не стал распускать сплетни, несмотря на то, что Джулия была уверена в обратном. Она ждала насмешек и всяческих обид, но постепенно стало ясно, что кузен оказался не так плох, как думал о нем Артур. Джулия знала, что в городке Артура жалели, и даже восхваляли ее отца за добрый поступок.

— Вот что значит настоящая любовь, — как-то услышала она слова одной из пожилых торговок, — сначала один взял на воспитание ее мальчонку, потом другой... Хотя явно, чей он сын, но сэр Питер не мог бросить ребенка Лили Острайм!

К Артуру обращались по фамилии матери, мистер Острайм. Он никак не реагировал на это, и вел себя всегда спокойно. И только сэр Питер всегда называл его мистером Леннором, будто ничего не случилось и Артур имел право на это имя. Артур его не поправлял. Постепенно, привыкнув к его капризам, Джулия начала восхищаться его выдержкой и его умением держать себя в любой ситуации. Он был на высоте и в бальной зале, открывая бал, и в деревне, неся корзину за бедной соседкой, сам не имея ничего, лишенный даже имени. Былые чувства, которые когда-то она испытывала к выдуманному Артуру, постепенно оттаяли, и теперь робко начали пробиваться сквозь броню напускной обиды. В конце концов Артур пережил тяжелый удар, и он имеет право немного покапризничать.

Медленно, но уверенно, Артур стал брать власть в их доме в свои руки и устанавливать ему удобные порядки. Дети слушались его с полуслова, ему хватало взгляда, чтобы они прекратили шуметь и занялись своими делами. Миссис Бейнс готова ради него была разбиться в лепешку, отец всегда с радостью поддерживал разговор, если того хотел Артур, и только Джулия бесилась, потому что власть, которую он брал в свои руки, утекала из ее рук. Постепенно миссис Бейнс стала готовить немного иначе и заискивающе смотрела на Артура, ожидая приговора блюду, а отец стал меньше пить виски, потому что Артур хмурил брови, когда тот вечером перед камином, где Артур читал газету, наливал себя третий бокал. Отец предлагал сыграть в карты или в шахматы, но если он выпил лишнего, Артур непременно отказывался, и сэр Питер, показушно расстраиваясь, после второго бокала убирал виски со стола.

Занятая своими заботами и новыми для нее противоречивыми чувствами к Артуру Леннору, Джулия достаточно быстро забыла о его кузене. Как ни странно, но Хендбриг Холл перестал интересовать ее с тех пор, как Артур перестал быть его хозяином, и она больше не ходила на холм, чтобы полюбоваться домом. Она не мечтала. Если раньше Джулия старалась найти время, чтобы просто помечтать, то теперь, когда Артур был всегда рядом, и часто бесил ее своей спесью, мечты перестали быть ей интересны. Ее сердце разрывалось между былыми теплыми чувствами к нему, некоторым уважением, которое он заслужил, и раздражением, которое он вызывал. Ей одновременно хотелось, чтобы он пал к нее ногам, сраженной любовью, и исчез навсегда, оставив их в покое. Падать к ее ногам Артур явно не собирался, зато неожиданно это сделал совсем забытый ею его кузен.

Оливер Леннор появлялся всегда неожиданно. Впервые Джулия встретила его, идя в церковь, чтобы украсить алтарь по просьбе викария. Викарий был стар и жил с единственной дочерью, котора не успевала следить за домом и церковью, поэтому прихожанки по очереди занимались составлением букетов и поддержанием порядка.