Книга Пышка для гонщика, страница 1 – Оливия Шарм

Аккуратно заворачиваю пластиковый контейнер с ещё горячими пирожками с капустой в кухонное полотенце. Мой благоверный, Вадик, с самого раннего утра торчит в гараже. Опять возится со своей развалюхой, которую ласково называет «ласточкой», хотя ей давно пора на металлолом.

Смотрю на себя в зеркало в прихожей. Да, я не модель с обложки. Во мне восемьдесят пять килограммов, но это не рыхлый жир, а приятные, женственные округлости. Большая грудь, крутые бёдра. Только вот Вадик в последнее время смотрит сквозь меня, словно я пустое место. Списывала на его усталость и стресс, но червячок сомнения всё равно грыз. Секса у нас не было уже месяца три, и то в последний раз он отбывал повинность, глядя в потолок.

Выхожу на улицу. До гаражей идти минут десять. Весеннее солнце приятно припекает, настроение немного улучшается. Подхожу к нашему боксу с облупленной зелёной краской и вдруг замираю.

Из-за приоткрытой тяжёлой двери доносятся странные звуки. Всхлипы. Ритмичный скрип старого дивана, который Вадик притащил туда «для отдыха после ремонта». А потом — громкий, отчаянный стон.

Господи! Машина упала с домкрата! Его завалило!

Сердце ухает куда-то в желудок. Бросаюсь вперёд, рывком распахивая железную дверь.

— Вади-и-ик!.. — кричу я и застываю на пороге, словно громом поражённая.

Никакая машина его не завалила. Его завалила наша соседка со второго этажа. Двадцатилетняя Наташка. Тоненькая, звонкая, с торчащими упругими сиськами, которые сейчас прыгают прямо перед лицом моего мужа. Она сидит на нём верхом, закинув голову, и ритмично скачет, вцепившись тонкими пальчиками в его плечи.

— Ах! Вадик! Да-а-а! — визжит Наташка, выгибаясь дугой. Её бьет крупная дрожь… кончает, дрянь малолетняя.

Вадик хрипит, запрокидывая голову, и тут его мутный, ошалевший взгляд натыкается на меня. Глаза округляются до размеров блюдец.

— Света?.. — блеет он, пытаясь спихнуть с себя обмякшую соседку.

Обида, ярость и жгучее унижение бьют в голову коктейлем Молотова. Я молча смотрю на них пару секунд, а затем со всей дури швыряю контейнер с пирожками прямо в эту голую, потную кучу-малу. Крышка отлетает, и горячая капуста с тестом живописно рассыпается по Наташкиной тощей спине и Вадиковой груди.

— Жрите, не обляпайтесь, — чеканю я, разворачиваюсь и вылетаю из гаража под аккомпанемент испуганного визга соседки.

Остаток дня проходит как в густом тумане.

— Пакет нужен? Карточка магазина есть? Прикладывайте, — на автомате говорю я, пробивая продукты на кассе нашего районного продуктового магазина.

А в голове крутится эта мерзкая картинка. Значит, вот почему он был таким холодным. Вот почему отворачивался к стенке каждый вечер. Я для него стала слишком старой, слишком толстой. Захотелось молодого, подтянутого мясца. Слёзы предательски наворачиваются на глаза, но я зло смахиваю их тыльной стороной ладони. Ну уж нет, плакать из-за этого козла я не буду.

Стрелка часов переваливает за восемь вечера. До конца смены полчаса. В магазине пусто.

И тут сквозь открытые автоматические двери доносится низкий, хищный рык мощного мотора. У нас в посёлке таких машин отродясь не было. Сквозь витрину вижу, как на парковку плавно заруливает чёрный, сверкающий спортивный автомобиль.

Звякает колокольчик. В торговый зал входит он.