Книга Свекор-гинеколог. Клубничка для невестки, страница 1 – Полина Нуар

Аллах!

Я сейчас сгорю заживо прямо в этом стерильном, вылизанном до блеска коридоре частной клиники.

Жжение началось вчера вечером.

Сначала легкое, как от крапивы.

Терпела в надежде, что пройдет.

Но оно лишь усилилось.

Превратилось в адский, нестерпимый огонь. И, сидя на неудобном пластиковом стуле, сжимаю край своей юбки до побелевших костяшек.

Мне хочется выть.

Хочется расцарапать себя ногтями.

Только бы снять это мучительное, выматывающее, дикое жжение.

В самом интимном, самом сокровенном месте.

— Твою мать, Тимур, — шепчу в бессильной злобе, глядя на экран телефона, где светится его довольная физиономия на аватарке.

Это его идиотская идея в попытке добавить ярких ощущений.

Ощущения теперь просто феерические. Такое чувство, что мне в трусики насыпали битого стекла и полили уксусом.

Аллергия оказалась какой-то запредельной, звериной.

И я протираю пятую точку в клинике его отца, записавшись по-срочному на прием.

— Шахназарова, — моя фамилия эхом разносится по пустому коридору.

Меня трясет.

От боли, унижения и духоты.

Подхожу к двери кабинета с табличкой: «Амир Шамильевич Шахназаров, гинеколог, д. м. н.».

Рука замирает над ручкой.

Мой будущий свекор ведет прием?

Аллах Всемогущий, пусть это будет просто однофамилец!

С отцом Тимура я виделась пару раз, мельком, на семейном ужине в огромном доме.

Но тогда я была просто девушкой сына, а теперь — невеста.

Перевожу дыхание и захожу в кабинет.

В первую секунду ничего не вижу, кроме яркого света от лампы.

Потом мой взгляд фокусируется, и земля уходит из-под ног.

За столом сидит Амир Шамильевич.

Улучшенная версия родного сына.

Зрелая и невероятно мужественная. Настоящий мужчина.

Свекор отрывается взгляд от бумаг, и я чувствую, как жжение внизу живота вспыхивает с новой, нечеловеческой силой. Это не просто аллергия.

Это что-то другое.

Горячее и тягучее. Пульсирующее в такт бешено колотящемуся сердцу.

— Амина? — его голос низкий, с легкой, едва уловимой кавказской хрипотцой, от которой по коже бегут мурашки. — Девочка моя, ты? — грациозно поднимается из-за стола.

Аллах, какой же он огромный!

Широкие плечи, обтянутые белоснежной рубашкой.

Дорогие часы на запястье. Темные, чуть тронутые сединой волосы, аккуратно зачесанные назад.

Лицо волевое, с твердым подбородком и пронзительными, темными, как горький шоколад, глазами. И в них сейчас тревога и удивление.

От Амира Шамильевича пахнет дорогим парфюмом.

Запах, от которого у меня подгибаются колени.

Запах сильного, взрослого, невероятно притягательного мужчины.

— З-здравствуйте, Амир Шамильевич… — мой голос звучит как писк комара. — Вы ведете прием? Я, наверное, ошиблась… — лепечу что-то невнятное, а сама не могу оторвать от него взгляда.

Ловлю каждую черточку его лица, каждое движение.

Свекор хмурится, а в его глазах загорается беспокойство.

Меня трясет мелкой и противной дрожью, но не от страха.

От близости.

От этой неловкости.

От осознания того, что я перед этим мужчиной со своим адским огнем между ног.

И смотрю на него как на свое спасение!

— Тимур звонил, сказал, что у тебя проблемы, — быстро обходит стол и оказывается рядом. Со мной. В двух шагах. — Что случилось, Амина? Говори.

— Нет-нет, все в порядке, — отшатываюсь, вжимаясь спиной в дверной косяк. Я… пойду. Правда. Я в другую клинику.