Книга Свекор-гинеколог. Клубничка для невестки, страница 2 – Полина Нуар

— В какую другую? — в его голосе появляются стальные нотки. — Ты пришла ко мне. Я должен посмотреть. Это моя работа и моя ответственность. Ты скоро станешь моей невесткой.

От слов «моя невестка» внутри все переворачивается.

На губах свекра это звучит до неприличия интимно.

Амир Шамильевич делает шаг ко мне и мягко, но настойчиво берет за плечи.

Его ладони горячие, тяжелые.

Обжигают даже через тонкую ткань блузки. Он подводит меня к стулу, усаживает.

— Рассказывай, Амина. Не трясись так, — его голос смягчается, становится заботливым, обволакивающим.

Его хрипотца, с которой он произносит слова, кружат мне голову.

Свекор садится на край стола напротив меня, слегка подавшись корпусом вперед. Его колено почти касается моего.

Остро ощущаю жар, исходящий от его тела.

Запах его парфюма сходит с ума.

Забивается в легкие. Пропитывает меня.

Жжение внизу пульсирует в унисоне с сердцем: удар — вспышка, удар — вспышка. Это сладкая и невыносимая пытка!

— Я… это аллергия, — выдыхаю, глядя в пол.

Потому что если подниму глаза на свекра, то потеряю сознание.

— Тимур купил смазку… Ну, для нас, а у меня реакция… — замолкаю, сгорая от стыда.

Говорить о таком с будущим свекром⁈

Он молчит секунду, потом я слышу его низкий, чуть насмешливый вздох.

— Тимур вечно со своим креативом, — в его голосе звучит нотка осуждение.

Амир Шамильевич проводит рукой по подбородку.

Краем глаза замечаю, какие у него сильные, длинные пальцы.

Аллах, что со мной творится?

— Сильно жжет?

Только киваю, прикусив губу, чтобы не застонать.

— Ну-ка, посмотри на меня, Амина, — его приказ звучит тихо, но я не могу ослушаться.

Возвожу взгляд и вижу его темные, внимательные и изучающие глаза.

Амир Шамильевич на меня, а видит насквозь. Аж душа шевелится от волнения.

— Не бойся, моя хорошая, — кончиками пальцев касается моего подбородка, а его полные губы растягиваются в улыбке. — Во всем разберемся, — большим пальцем проводит по скуле.

И у меня дыхание застревает в груди.

— Только ответь мне на вопрос: ты согласилась использовать смазку, потому что не выделяется естественная влага при возбуждении?

— Что⁈ — мой собственный голос кажется мне чужим: тонкий, сдавленный, испуганный.

Щеки вспыхивают мгновенно.

Жар растекается по лицу.

Спускается к шее и декольте.

И я физически чувствую, как краснею.

Как предательски теплеет кожа под блузкой.

Амир Шамильевич смотрит на меня в упор спокойно и выжидающе.

Его темные глаза не отрываются от моего лица. И под взглядом свекра ощущаю себя абсолютно голой. Прозрачной.

Каждая моя мысль и дрожь отражаются и выдаются моим телом. И Амир Шамильевич читает меня как открытую книгу.

— Я… что? — лепечу, дергая рукой, пытаясь высвободиться из его захвата.

Но он держит крепко и настойчиво.

— Нет, вы не так поняли. Тимур просто… Мы просто хотели разнообразия. Это была его идея, а я…

Несу полную чушь.

Спотыкаюсь на словах. Путаюсь.

Не могу собрать их в связное предложение, потому что пальцы свекры все еще касаются моего подбородка.

Кончики пальцев.

Всего лишь кончики пальцев на моей коже.

А меня колотит так, словно он гладит меня там.

Где сейчас полыхает проклятый огонь.

Жжение внизу усиливается.

И виновато уже не только аллергия.

Эта тонкая грань между болью и удовольствием, когда тело реагирует помимо воли.