Книга Отчим. Сексолог и девственница, страница 14 – Полина Нуар

Я смотрю на него.

Грудная клетка медленно поднимается и опускается. Темные волосы на груди, которые я впервые заметила еще в кабинете, — это про интим. Про секс.

Мышцы расслаблены, но даже в покое они перекатываются под кожей. Лицо прекрасное. Губы чуть приоткрыты, ресницы отбрасывают тени на скулы.

Он прекрасен.

Я делаю шаг в комнату. Стараюсь даже не дышать громко.

Еще шаг. Я уже у кровати.

Мама не шевелится. Она глубоко спит. А я смотрю на него и чувствую, как между ног становится влажно. Снова. Мне всегда мало.

Опускаюсь на колени у кровати. Прямо рядом с его рукой, свесившейся с матраса. Его пальцы расслаблены. Те самые пальцы, что были во мне. Что делали мне больно-сладко. Что заставляли трястись от возбуждения.

Осторожно касаюсь их губами.

Он не просыпается. Только вздыхает во сне.

Целую каждый палец по очереди. Провожу языком по подушечкам, смакуя солоноватый привкус его кожи. Зажимаю губами, слегка посасываю.

Тихий стон. Его. Он чуть поворачивает голову, но глаза не открывает.

Осмелев, поднимаюсь выше. Опираюсь руками на матрас и переползаю на кровать. Мама спит. Она не видит, как я нависаю над ее мужем.

Убираю одеяло.

Сажусь сверху на его бедра. Чувствую через тонкую ткань его боксеров, как подо мной начинает твердеть. Он реагирует даже во сне.

Медленно тяну резинку вниз. Освобождаю его.

Член встает упруго, тяжело. Я смотрю на него. Такой большой, такой пугающий и такой желанный. Внизу живота все сжимается в сладком спазме.

Наклоняюсь.

Провожу языком по головке. Солоновато-терпкий вкус. Он вздрагивает, мышцы живота напрягаются. Я беру в рот. Медленно. Чувствую, как он упирается в горло, и зажимаю губы плотнее, сглатывая слюну.

Двигаю головой вверх-вниз. Рукой сжимаю основание, вторая гладит яйца.

Я хочу, чтобы он проснулся. Хочу, чтобы он открыл глаза и увидел меня, делающую это.

Вкус становится ярче. Он близко.

Вдруг его рука ложится мне на затылок. Пальцы сжимают волосы, не больно, но властно.

— Лера… — шепот. Хриплый, сонный, но уже осознанный.

Я поднимаю взгляд. Он смотрит на меня. В серых глазах дикая смесь удивления, похоти и чего-то еще. Темного. Опасного.

— Что ты делаешь?

Не отвечаю. Беру глубже.

Он стонет сквозь зубы. Бросает быстрый взгляд на маму — та спит. Потом снова на меня.

— Ты с ума сошла… — выдыхает он, но рука на затылке не отпускает, наоборот, слегка надавливает, направляя.

Я продолжаю. Ритм ускоряется, рот скользит по влажному стволу. Он тяжело дышит, живот ходит ходуном. Я чувствую, как пульсируют венки.

— Близко, — предупреждает он шепотом. — Если не хочешь…

Хочу.

Я сжимаю губы плотнее, ускоряюсь. Рука на затылке сжимается сильнее, он приподнимает бедра навстречу, и горячая волна ударяет в горло.

Глотаю. Давлюсь, но глотаю. Чувствую, как стекает по горлу, как пахнет им, как кружится голова.

Он падает на подушку, тяжело дыша. Я облизываю губы, вытираю тыльной стороной ладони рот и смотрю на него.

Отчим переводит взгляд с моего лица на мои губы. Потом на маму. Та все еще спит.

— Ты…

Не договаривает.

Вдруг мама шевелится. Переворачивается на другой бок. И открывает глаза.

Смотрит прямо на меня.

— Лера? — голос сонный, непонимающий. — Ты что здесь делаешь?

Я замираю. Холодный пот прошивает насквозь.

— Я…

Она переводит взгляд на него. На его голый член, еще влажный после меня. На мои губы.