Книга Звериная страсть, страница 39 – Лисавета Челищева

Дверь в мою спальню неожиданно распахивается, приводя меня в содрогание.

— Человеческое отродье! Как ты тут пожива….

Юргис застывает на пороге, его глаза округляются при виде меня.

Я поспешно отворачиваюсь, прижимая к груди переднюю часть юбки.

Рыжеволосый волколак недоуменно моргает, и на его лице проступает мрачная самодовольная ухмылка.

— Не врывайся в мои покои без стука, Юргис! Это грубо! Я могла бы все еще переодеваться! — возмущенно восклицаю я, поглядывая на незваного гостя.

— Чего ты там пищишь? — он неторопливо приближается ко мне, вынуждая меня отступить на несколько шагов. — Совсем ничего не слышу, когда на тебе столько ткани! — усмехается он, все еще загоняя меня в угол, как мышку. — Будет лучше, если ты все это сейчас снимешь, человеческое создание! Думаю, тогда смогу тебя расслышать. А может, и нет!..

Юргис медленно тянется к моим распущенным прядям волос у лица, пропуская их между пальцами.

Тут же из шкафа доносится шумный грохот.

— Не прикасайся к ней, уродина рыжая!!! — Рати начинает ломиться в дверцу.

Юргис мгновенно подскакивает и выволакивает Рати, держа того за ухо, словно провинившегося дитя.

— Ой, да это же ты, щенявка! Стоило догадаться, что пока все остальные изо всех сил пытаются держать себя в руках, ты навостришь свой хитрожопый хвост сюда! — прошипел Юргис, и его рука с несколькими металлическими перстнями на пальцах взлетела вверх, чтобы дать взбучку маленькому волчонку.

Мальчик вздрагивает и скулит, как настоящий щенок.

— Нет, Юргис! Прошу тебя, отпусти его! Он еще ребенок! — взмолилась я, прикрывая рот ладошкой.

Юргис замедляется, окидывая меня презрительным взглядом.

— Как говорит наш Агний, слово гостя — превыше всего! — пробурчал он, отбросив Рати на пол.

Мальчик мгновенно бросается ко мне. Падает рядом со мной, зарываясь носиком в мои колени.

Юргис злорадно ухмыляется, направляясь к выходу.

— Ооо, вы только посмотрите на это! Какая жалкая картина! — он хмуро высмеивает нас, оборачиваясь на пороге. — Только знаешь, дорогуша, Ратиша не самый младший в этом поместье. А вот Кирилл — да! — бросает он через плечо, захлопывая за собой дверь.

Я тихонько ахаю от такого откровения и отдергиваю руки от плеч парня.

Рати поднимает на меня свои непорочные темно-синие глаза, и на его юном лице проступает безмятежная улыбка.

— Не гневайся на меня, прелестная Сирин. Ты не спрашивала о моем возрасте, значит, я и не лукавил. — он скользит своей разрумянившейся щекой по моей шелковистой юбке. — Ах, ты благоухаешь грезами… Ущипни меня, если я сплю! — шепчет он в затуманенном чувстве.

Нарочито сильно щипаю его за плечо.

— Ай-яй-яй, Сирин!!! Ты все еще сердишься на меня?! Прости! — восклицает Рати, морща свой маленький носик. — Но ярость твоя все равно самая прекрасная из всех, что я когда-либо испытывал… — он снова опускает голову на мои колени, прикрывая глаза. — Ущипни меня столько раз, сколько пожелаешь! Я все равно приму это за благо…

* * *

Сидя в неярко освещенной столовой величественного имения, я не переставала дивиться красоте окружавшего меня декора. На стенах висели искусные гобелены с сюжетами древних празднеств, их выцветшие цвета придавали особую таинственность помещению. Свечи подвесных канделябров отбрасывали приглушенный свет, порождая на стенах плавающие тени.