Книга Звериная страсть, страница 62 – Лисавета Челищева

— Отпусти меня!

Но мужской взор по-прежнему леденяще-безразличен, а хватка не ослабевает, пока тот неотрывно скользит по мне взглядом.

— Агний!! Рати! — кричу я, эхо разносится по пространству. Его ладонь зажимает мне рот, заглушая все мои выкрики с безжалостной финальностью.

— Они не помогут тебе. Никто не поможет. — произносит Моран подчеркнуто сухо, его рука отрывается от моего лица, чтобы тут же сомкнуться на горле.

Задыхаясь от нехватки воздуха и отчаянно хватаясь за его руку, я начинаю замечать, как мир вокруг меня мутнеет, а на периферии зрения сгущается тьма.

— …Ты отвратительна, — надменно изрекает он, его хватка сжимается, а затем он внезапно выпускает меня, и я валюсь на колени.

Слезы смешиваются с остатками его жестокости, капая на пол, и я с огромным усилием восстанавливаю дыхание.

Звук срыва замка эхом разносится по покоям, тяжелая дверь захлопывается с окончательностью, заставляющей меня содрогнуться.

* * *

— Шура? Я вхожу! — раздается за дверью звонкий голосок Рати. — Надеюсь, ты сейчас не переодеваешься? Хотя нет, не надеюсь!

В тишине покоев его смех разносился, как легкий ветерок. Едва слышные шаги прозвучали, когда он отворил дверь и шагнул внутрь.

Я лежала на краю кровати спиной к нему, поджав под себя ноги. За всю ночь я так и не сомкнула глаз. Не могла, зная, что теперь даже в своей опочивальне я не в безопасности.

Заметив мое состояние, мальчик бросает поднос с чем-то на мою тумбу, и спешит ко мне.

Он падает на колени возле меня, его обеспокоенные насыщенно-голубые глаза с немым вопросом вглядываются в мое лицо.

— Шурочка… Милая, что случилось? Тебе приснился кошмар?

Его рука потянулась, чтобы убрать пряди с моего лица, но остановилась в воздухе, словно разрываясь между желанием утешить и сдержать прикосновение.

В его чертах я различила внутреннюю борьбу. Это из-за Морана?.. Теперь никто не сможет прикоснуться ко мне из-за его возвращения?

Рати закусил губу от досады.

— Не примеришь платье? Прелестное платьице, которое достойно подчеркнет твою красоту, — с мягкой мольбой выговорил он.

Изящным движением закатав рукава своего непомерно большого свитера, он положил на мою кровать завернутый сверток и нервно выдохнул.

— Моран… Он велел мне доставить тебе это к ужину. Не могла бы ты это надеть? Он упомянул что-то о возможности порки меня розгами, в случае твоего отказа, — с робостью добавил он. — Я не хочу розги, Шур…

Поднявшись на ноги, я рассеянно моргнула, взгляд был стеклянным и отрешенным.

Мальчик кивает, принимая это за добрый знак.

— Он ведь не снимет свою метку, да? — сухо шепчу я. — Вчера вечером Моран… — пытаюсь подобрать слова, но голос срывается.

Внезапно руки обвились вокруг моей талии. Рати крепко прижал меня к себе, и его щека прильнула к моей. Наш рост и положение — зеркальны друг другу, и его тело идеально прилегает к моему. От этого на душе становится как-то спокойнее. С моих губ срывается тихий всхлип, побуждая его притянуть меня еще ближе.

— Мы найдем выход. Я придумаю, как освободить тебя из этой кабалы. Обещаю, — бормочет он с непоколебимой решимостью.

Отпустив меня с заметным колебанием, Рати жестом призывает меня облачиться в платье. На этот раз его манера поведения разительно отличается: он больше не игрив и не настаивает на том, чтобы залезть в мой гардероб, чтобы удержать себя от подглядывания, как тогда.