Книга Последний поцелуй жнеца, страница 105 – Лисавета Челищева

Пока карета продолжает путь, я позволяю себе немного фривольности — глажу его по волосам. Хотя тревога за него еще не исчезла, появился проблеск надежды. Путешествие в «Чёрную Лилию» сулило ответы.

Когда мы наконец-то подъехали к таверне, я поспешно пересела на прежнее место и позвала полового, чтобы тот привел Хью, повара, который был старым другом Эскара.

Глаза Хью расширились от удивления, когда он увидел состояние знакомого. Он заверил меня, что отнесет его наверх в его квартиру через неприметный черный выход.

Повар позвал еще одного работника, чтобы тот помог нести Эскара под руки. С решимостью в глазах они медленно поволокли его внутрь. Хью пообещал вскоре вернуться с полностью восстановленным Эскаром. Он настоял на том, чтобы я пока пошла и заказала что-нибудь в таверне за его счет.

Заняв место за дальним столиком, я попросила чашку мятного чая, чувствуя, как холод все еще не покидает меня. Мой меховой воротник, который я тогда накинула на шею жнеца, благополучно остался на нем.

Из своего укромного уголка я наблюдала за приливом и отливом людей в таверне. Достав блокнот из потайного кармана юбки, я начала писать, надеясь очистить свой разум.

Прошло около часа, а я все извергала хаотичные мысли на бумагу. Вскоре я заметила, как к барной стойке подлетела знакомая мне фигура — Эскар. В его глазах был адский блеск, а в каждом движении читалась тихая злость. Он рявкнул что-то баристе и тот напугано поспешил налить ему какую-то тёмную жидкость в бокал.

Из ниоткуда, словно из воздуха, появилась уже знакомая мне официантка — Эльвира. Поправив прическу, она подплыла к нему с милой улыбкой, пытаясь заглянуть в глаза. Но поведение жнеца оставалось холодным по отношению к ней. Он даже не взглянул на подошедшую, однако губы его прошептали что-то точно адресованное ей.

Пытаясь подслушать их разговор, я незаметно выскользнула из кабинки и сделала вид, что просматриваю газетный стенд рядом с баром.

Их голоса приглушенно донеслись до меня сквозь музыку бардов.

— Пробуй на вкус свои ядовитые слова сама, прежде чем выплескивать их на окружающих, — процедил сквозь зубы Эскар, с презрением осушая стакан.

Эльвира вызывающе скрестила руки.

— И, кроме того, держи в тайне всё, что я тебе когда-либо говорил. — на его губах расплылась жестокая улыбка, и он наклонился ближе к ней. — Иначе…

Эльвира сделала шаг назад, заметно потрясенная его тоном.

Казавшийся безучастным на ее страх, жнец заказал еще одну порцию рома и повернулся, чтобы уйти. Но что-то заставило его резко остановиться.

Я почувствовала всеми фибрами, как его колючий взгляд пронзил мою спину насквозь.

Не медля более, я потянулась за какой-то оставленной книгой на стойке, делая вид, что увлечена просмотром.

— …Превосходнейшая и печальнейшая трагедия о Ромео и Джульетте? — пробормотал Эскар, наклоняясь, чтобы поставить свой бокал на подставку рядом со мной. Его грудь прижалась к моему плечу, и я невольно вздрогнула. Он это, конечно, заметил, и на его лице заиграла едва заметное злорадство.

— Похоже, ты склонна к чрезмерному драматизму, баронесса.

Отложив книгу, я закрыла ее потрепанные страницы. Действительно, это была трагедия Ромео и Джульетты… Неужели он догадался, лишь мельком взглянув на страницу издалека?