Книга Желанная Шести, страница 56 – Лисавета Челищева

Вожак волколаков тихо баюкал меня в своих руках, сидя на краю моей кровати, полагая, что я все ещё погружена в сон. Мое сердце учащенно забилось от неожиданной близости. Я всегда считала его порождением жестокости, мрачной тенью, таящейся в уголках моей судьбы. И все же он был тут, рядом со мной – большой страшный волк, убаюкивающий меня с трепетом.

Я хотела покопаться в его прошлом, раскрыть те переломные слои его истории, которые оставались окутанными мраком. Я уже видела трагические истории других обитателей поместья, но история Морана ускользала от меня каждый раз. Он остался последним.

Когда волколак накрыл меня одеялом, я почувствовала острую тоску, необходимость раскрыться ему в своих думах – какая глупость! Он ещё пуще меня оттолкнет от себя.

Когда он наконец ушел, тихо прикрыв за собой дверь, я подскочила на кровати, и во мне загорелась решимость. Если я смогла пересечь пограничные земли с помощью картин Кирилла, то, несомненно, должен быть способ и заглянуть в прошлое Морана.

Ночь темна, она тянулась. Я вновь оказалась в мастерской Кирилла, роясь в его картинах в поисках той, что нашла бы отклик с Мораном. Но все казалось неправильным; ни одна из работ не вызвала у меня тех эмоций, которые у меня были при мыслях о нем. Возможно, для меня еще не пришло время увидеть его прошлое…

Вернувшись в свои покои, я обнаружила на подушке записку.

«На нашем месте, среди буйных цветов. Приходи. Я буду ждать тебя там!»

На моем лице появилась улыбка. Агний…

Я быстро переоделась, охваченная приятным волнением, и пошла по тропинке, которую он показал мне раньше. Воздух становился теплее, аромат цветов вел меня все дальше в лес.

Наконец, я наткнулась на нашу поляну, утопающую в море ярких цветов. Агний сидел на камне и наигрывал на флейте медленную, завораживающую мелодию.

Когда я подошла, он поднял глаза, и лицо его озарилось мягкой улыбкой.

Он поднялся и заключил меня в объятия, мир вокруг померк.

— Шура… – выдохнул он, крепко прижимая меня к себе. Я чувствовала исходящее от него тепло, окутывающее меня коконом безопасности.

— Я скучал по тебе.

— Я тоже.

— Знаешь… Если мое тело принадлежит зверю внутри меня, то мое сердце… оно будет твоим, Шура, – вдруг прошептал он, касаясь пальцами моей щеки. – Вовеки веков.

Когда я наклонилась ближе, наши губы встретились в нежном поцелуе, вызвавшем тепло, что распространилось по мне подобно лесному пожару. Мир вокруг ещё раз затуманился, и на этот мимолетный миг все остальное прекратило иметь значение.

Но когда Агний отстранился, я заметила, что в нем что-то изменилось. Его лицо нахмурилось, под глазами залегли тени.

— От тебя пахнет Мораном. Почему?

Я прикусила щеку, опуская взгляд.

— Он отнес меня в мою постель, когда я заснула в гостиной.

— Отнес тебя в твою постель? – повторил он, тщательно проговорив каждое слово.

Беспокойство закралось в мое сердце, сжимая его, как тиски.

— …Ты злишься на меня за это?

Вместо ответа Агний крепко обнял меня. Я почувствовала напряжение в его мышцах, то, как он держал меня, словно я вот-вот могла выскользнуть из его рук, как птица.

Ближе к полудню, мы задержались в тишине его спальни, воздух был насыщен невысказанными словами. В конце концов, Агний устроился рядом со мной, взяв книгу с прикроватной тумбочки.