Книга Ненужная избранница дракона, страница 26 – Виолетта Вейл

Закрывая глаза, я увидела не комнату, а тонкую серебряную трещину на крышке медальона.

И услышала голос женщины.

Не Зерцала.

Не Лиары.

Другой.

«Каэл не должен узнать первым».

Я проснулась от света.

Не солнечного — в Башню избранницы солнце, кажется, вообще не спешило. Свет был холодный, утренний, рассеянный, будто небо за окнами вымыли грозой и оставили мокрым. Голова болела меньше. Тело ломило так, словно я вчера не стояла перед древним артефактом, а несколько часов таскала камни.

У кресла сидела Нара и клевала носом.

Медальон все еще лежал на столе в платке.

У двери слышались голоса.

Мара говорила тихо, но жестко:

— Госпожа еще отдыхает.

Ей ответил женский голос:

— Какая жалость. Значит, слухи о ее слабости не преувеличены.

Мирена.

Я села слишком быстро, перед глазами потемнело.

Нара подскочила.

— Госпожа!

— Платье.

— Что?

— Помоги привести меня в порядок.

Она на мгновение растерялась, потом бросилась к гардеробной.

Через несколько минут я стояла перед зеркалом в темно-синем платье. Не роскошном, но строгом. Нара быстро переплела мне волосы, закрепила треснувшим гребнем и отступила.

— Бледная, — сказала она виновато.

— Зато живая.

— Это сейчас главное?

— Всегда.

Я вышла в гостиную.

— Открой.

Нара подбежала к двери.

Мара стояла в коридоре, как каменная стражница. Рядом — Мирена, две ее служанки и невысокая женщина с корзиной, полной белых цветов.

Белые цветы.

Как платье Мирены.

Как траур, если правильно поставить вазу.

— Лиара, — Мирена улыбнулась так, будто ночного визита не было. — Ты уже проснулась. Как хорошо.

— После незваных гостей спится тревожно.

Мара отвела взгляд.

Мирена не дрогнула.

— Я пришла не ссориться.

— Второй раз за ночь?

— Уже утро.

— Какая удача. Значит, можно начать заново?

В глазах Мирены мелькнула тень.

Но ее улыбка осталась на месте.

— Я принесла цветы. В Башне избранницы слишком мрачно, а тебе нужно восстановиться.

— Как заботливо.

Служанка с корзиной сделала шаг вперед.

Нара тоже шагнула вперед, но неуверенно.

Я подняла руку.

— Оставьте цветы у двери.

— Почему? — мягко спросила Мирена.

— Князь запретил принимать что-либо без проверки.

— Даже цветы?

— Особенно если их приносите вы.

Мара кашлянула.

Одна из служанок Мирены возмущенно приоткрыла рот, но хозяйка легким движением остановила ее.

— Ты все еще злишься из-за вчерашнего.

— Я все еще помню вчерашнее.

— Тогда, может быть, поговорим как взрослые женщины?

— Снова наедине?

— При Маре. При твоей служанке. При моих девушках. Выбирай, сколько свидетелей тебе нужно, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Она была хороша.

Очень хороша.

Ночной визит с треснувшим кольцом превращался в «женский разговор», моя осторожность — в слабость, ее вторжение — в великодушие.

Надо было учиться быстро.

— Без ваших служанок, — сказала я. — Цветы остаются в коридоре. Мара — у двери. Нара — со мной.

Мирена чуть склонила голову.

— Разумно.

Она прошла в комнату.

Ее служанки остались за порогом с цветами. Мара вошла последней и встала у двери. Нара держалась рядом со мной, как маленькая, но упрямая тень.

Мирена оглядела гостиную.

Ее взгляд на миг задержался на столе.

Платок с медальоном лежал там.

Я поняла это на полсекунды раньше, чем она успела спрятать внимание.

И все внутри стало холодным.