Книга Ульяна. Хозяйка для кузнеца, страница 15 – Таша Ким

— Копчёным пахнет. Сгорело что ли? — спросила она, подозрительно глядя на Юлю.

-Нет, так и должно быть, это колбасой так пахнет.

-Ну-ну... Вкусно. Матвею по нраву придётся. Тимошку кормила?

Та кивнула, радуясь, что хоть что-то правильно сделала.

— Тимка всю кашу съел, ему понравилось — пояснила она. — А для Матвея готовлю горячее из того, что в погребе нашла.

Петровна удовлетворённо хмыкнула и обошла печь, проверяя чистоту и порядок.

— Неплохо устроилась, Ульянка, — сказала она, явно подразумевая похвалу. — Хотя кому я говорю? Знаю тётку твою, Аграфена, она из вас с Варькой должна была хороших хозяек воспитать.

Эти слова вызвали у Юли ощущение тепла и гордости.

— Спасибо Вам, — мягко поблагодарила она Петровну. — Очень приятно слышать добрые слова.

Петровна довольно кивнула и направилась к лавке, где играл Тимошка деревянной лошадкой.

— Покажи-ка, что у тебя, внучок? — попросила она, усаживаясь рядом с малышом.

Юля воспользовалась моментом и быстренько собрала обед для Матвея. Положила в корзинку два варёных яйца, свежий хлеб, горшок с горячим бигусом, миску с остатками каши и крынку с молоком. Немного меда и ягод завершили картину.

— Посидите, пожалуйста, с мальчиком, — обратилась она к Петровне. — Я отнесу мужу обед.

Петровна согласилась, даже не задумываясь, очевидно считая это вполне естественным ходом вещей.

— А то как же иначе? — усмехнулась она. — Пусть покормится хорошенько, работяга он у нас знатный.

Юля схватила корзинку и побежала прочь, боясь потерять момент. Мысль о том, что скоро она увидит реакцию Матвея на её старания, грела изнутри.

Кузница находилась метрах в пятистах от избы, в большом строении закрытом с трёх сторон, а вот четвертой стены не было.

Подойдя к кузнице, она услышала гул ударов молота по железу. Огонь в горне пылал ярко-красным светом, отбрасывая причудливые тени на кирпичные стены.

— Матвей! — позвала она, стараясь не испугать мастера. — Я поесть принесла.

Мужчина прервал работу и повернулся к ней. Лицо его было покрыто слоем угля и пыли, глаза блестели от напряжения.

— Уже обед? — удивился он, принимая корзинку. — Ты... сама готовила?

Юля кивнула, ощущая волнение.

— Решила попробовать, — скромно сказала она. — Надеюсь, понравится.

Матвей открыл горшок с бигусом и понюхал.

— Приятно пахнет, — признал он, но без особого энтузиазма.

Тем не менее, умывшись, он немедленно приступил к еде, начав с варёных яиц и хлеба. Наконец, взяв деревянную ложку, попробовал бигус.

Его молчание затягивалось. Юля замерла, ожидая реакции.

— Это вкусно, — наконец сказал он, отрывая взгляд от еды. — Ты как капусту мягкой сделала?

Юля почувствовала облегчение и радость одновременно.

— Значит, получилось неплохо, — тихо сказала она.

Матвей кивнул, приступая к пшенной каше с медом и ягодами.

— Ты удивила меня, вкусно накормила. Необычно, но вкусно.— сказал он, допивая молоко. — А где Тимошка?

Юля рассказала о присутствии Петровны, и Матвей расслабился, позволив себе расслабиться.

— Спасибо, Ульяна, — неожиданно серьёзно поблагодарил он. — Хороший обед получился.

Это была первая искренняя благодарность, которую она получила от мужа. И хотя слова были простыми, они значили многое.

Довольно улыбаясь, взяв опустевшую корзину в руки Юля возвращалась обратно.