Книга Ночь с убийцей, страница 93 – Ольга Коротаева, Диана Билык

— Подонки, — прорычала сестра и откинула пистолет в траву.

Ярослава опала на мужчину с таким воплем, что мне стало не по себе, а под ребрами что-то хрустнуло. Мне было больно вместе с ней, и в тот миг я поняла, что иначе быть не могло. Мы связаны. Ее любовь, моя любовь, Кунай — мы одно целое, и кто-то должен уйти… кто-то из нас троих.

Не обращая на угрозу в виде черного дула снайперки, Ярослава остервенело рвала темную одежду лежащего мужчины и ревела. Как дикая лисица. Демоница Кицунэ.

— Кунай должен жить! Я хочу, чтобы он жил… Я так хочу!

Снайпер поймал взгляд главного и, опустив ружье, отошел в сторону, а лежащий ударил сестру наотмашь. Не сильно, но отрезвил пощечиной, а у меня по лицу пошли волны жара. Словно не ее ударили, а меня.

Впервые за эти несколько горячих минут Ярослава приподняла голову и, прижимая к горящей щеке ладонь, всмотрелась в мое лицо. Невероятно. Она — это я, только отражение. Я словно заглянула в кривое зеркало: оно пошло трещинами, задрожало, и я увела взгляд.

Наверное, она ненавидит меня за то, что я отобрала у нее жизнь. Наверное, она права. Я росла в семье, в любви, а она страдала… И я не смела заявлять права на ее мужа, но сделала это неосознанно. Я украла у нее судьбу и любовь.

Как из этой темноты выпутаться? Как взять себя в руки и пойти дальше?

Даже если Кунай жив, мне рядом с ним не место. На этом все, наши отношения зашли в глухой угол.

Помощники разбирали завалы, растаскивали трупы, я прятала лицо дочери на плече и шептала, чтобы она не смотрела. Шептала, что мы выберемся, все закончилось, но темная тоска разрывала мою грудь, тяжело было на миг представить, что я осталась одна. Без Куная, без моего… любимого.

— Па… — тихо прошелестела дочка, а я уткнулась в ее темные волосы и сжала зубы до боли.

— Папа любит тебя, знай это.

— Па-па, — малышка устало прижала щеку к моему плечу, а я откинула затылок назад и беззвучно заорала в потолок машины. Этот день мне не вырезать из сердца, не заблокировать, как аварию. А как бы хотелось…

Медработники выносили в первую очередь выживших. Около дома мелькали фигуры, огни фонариков плясали в коридорах и выбивались лучами в стекла. Я с надеждой смотрела в проход, где остался Кунай, и не слышала, как стучит сердце. Его просто больше не было в груди. Не знаю, как жить, если… Хотя бы последний раз взглянуть на живого, невредимого, а потом можно и уйти. Буду представлять и верить, что Дара и правда его дочь, и хвататься за эту соломинку.

Заметила две фигуры около машины, сестру и крупного мужчину. Он помог ей встать, держал крепко за плечи, что-то говорил, но даже с приоткрытой дверью я не смогла разобрать слов — голова разрывалась от гудящей боли.

Неужели Ярослава меня намерено подставила? Обманула мужа, подложила сестру-близняшку под него, чтобы обмануть Ингота, а потом выйти чистой из этого кошмара? Принести нас с Дарой в жертву?

— Не смотри на меня, сука! — заметив мой взгляд, шикнула сестра. Наклонилась, словно собиралась бросится в мою сторону, но мужчина придержал ее. — Ненавижу! — выплюнула она.

— За что? — я прикрыла уши дочери, что дрожала у меня на груди и что-то лепетала. Я слышала, как вылетают из ее рта непонятные звуки и среди них пролетало режущее по живому «па-па».