Книга Сколько стоит любовь, страница 70 – Анна Завгородняя

— Приглашение от герцога и герцогини на ужин сегодня вечером, - только и смогла произнести мама. – Боже, я не верю своим глазам! – продолжила она покачнувшись.

Спустившийся по лестнице отец поспешил к нам, видимо, опасаясь, как бы наша леди Роттернейн не упала, лишившись чувств.

— Приглашение! Как чудесно, - Алиса взглянула на меня и улыбнулась.

— И мы, конечно же, его принимаем, - высвободившись из рук отца, матушка распрямила плечи. Глаза ее ярко сверкнули и впервые на моей памяти она посмотрела на меня так, как всегда, смотрела только на сестрицу.

— Боги милостивые, Аврора! Неужели ты и вправду станешь герцогиней? – сказала она.

— А ты думала, что мы с Кэшемом в моем кабинете не так давно в шахматы играли? – пошутил отец. – Этот молодой господин дал ясно понять о своих намерениях относительно нашей дочери, и я дал ему свое благословение. А ты, дорогая, лишь теперь осознала, что наша Рори скоро выйдет замуж?

Мама промолчала. Впервые у нее, кажется, не было ответа на вопрос отца.

Я мысленно улыбнулась, но тут же, опомнившись, матушка произнесла:

— Надо же отправить ответ! Сказать, что мы прибудем и очень рады оказанной нам чести!

— Мама, я думаю, ответ подождет, пока ты позавтракаешь, - сказала я и она с явной неохотой позволила отцу сопроводить себя в обеденный зал.

********

И вот мы снова едем в этот дом. Только теперь я, вопреки всему, испытываю нервозность и страх. Да, я боюсь встречи с родителями лорда Кэшема, но не по причине их статуса в обществе. Нет. Мне страшно посмотреть им в глаза, зная о том, что этот брак будет фальшивым.

Но выбора нет. Надо просто взять себя в руки и быть сильной.

Придется лгать. Неприятно, противно, но уговор есть уговор.

Я снова взглянула на приближающийся особняк. На нижнем этаже в окнах горел свет. Дорога, ведущая к дому, тоже была освещена. Нас ждали и я с каким-то тихим отчаянием прижала руки к груди, поглядев на родителей, сидевших напротив.

О чем думал отец, для меня было загадкой. Матушка же выглядела одновременно счастливой, но в то же время на ее лице застыла плохо прикрытая маска подозрений.

Кажется, она боялась, что мы прибудем в Астер-холл и нас просто высмеют и выставят вон.

Что бы она не говорила, она все еще не верила в мою так называемую удачу.

— Матушка, успокойтесь. Надо радоваться за Рори, - проговорила Алиса, удивительно молчаливая для такого важного момента в моей жизни. Я думала, она всю дорогу будет оживленно болтать без умолку, как делала это обычно, но нет. Сестра сидела рядом и поглядывала на меня, такая загадочная, что я просто диву давалась.

— Я радуюсь, - ответила мама. – Просто до сих пор поверить не могу.

Она посмотрела на меня, а я, встретив ее взгляд, вдруг подумала о том, какая красивая у меня мать.

Сегодня леди Роттенгейн одела изящное алое платье. Красный всегда выгодно смотрится на блондинках. Алисе этот цвет тоже шел, но мама сегодня была просто великолепна.

Она надела свои лучшие украшения и походила на королеву. Отец на ее фоне выглядел немного скромнее. И так было всегда. Мы с отцом отличались от матушки и сестрицы. Они такие яркие, живые, пусть даже и разные. А мы с отцом выдержанные, как хорошее вино. Спокойные и, увы, не такие красивые, как хотелось бы.

Когда я была малышкой, помню, мечтала походить на мать. Теперь же смирилась со своей внешностью, понимая, что ничего уже не изменить. Да, волосы можно было бы перекрасить, в столице были умелые маги, работавшие с цветом глаз и волос, но вот кожа… Кожу не изменить. Она была смуглой от рождения, как и у отца.