Книга Фиктивный брак, страница 124 – Анна Завгородняя

— А мне вот стало весьма любопытно, — призналась откровенно мужу.

— Только не вздумайте тоже начать поиски. В замке ничего нет. — Предупредил генерал.

— А Габи знает эти стихи? — уточнила задумчиво.

— Конечно. Эти подсказки знают все Бэриллы до одного. Отец рассказывал, что будучи ребенком тоже пытался разгадать тайну четверостиший. Но, как вы сами понимаете, безуспешно!

— Надо же, — мысленно повторив и второй стих, поднялась. — Кажется, мне пора, — сообщила мужу.

Признаться, его компания была мне интересна, но убегая вот так, я бежала и от себя, и к себе. Потому что хотела скорее записать на бумагу стихи, прочитанные Бэриллом. Сама не знаю, почему это показалось мне важным. Нет, никакой зацепки не было, как и идеи, где искать сокровище. Но вряд ли предок Эдварда был настолько не в себе, чтобы писать подобные литературные глупости.

В этих стихах скрывалась тайна. Возможно, сокровище было. Да, не совсем такое, каким его ожидала найти Габи. И все же, мне стало любопытно.

— Уже поздно, — я улыбнулась, когда встретила ответный взгляд мужа.

— Мне очень не хотелось бы отпускать вас, — проговорил он и, тем не менее, подъехав к смежной двери, соединявшей наши покои, распахнул ее.

— Благодарю, — выскальзывая из комнаты генерала, ощутила легкое прикосновение к своей руке, когда проходила мимо него. По телу снова пробежала дрожь. Сердце ударилось сильнее, вырвав из груди вздох.

Задержавшись, оглянулась на мужа.

Он сидел в своем механическом кресле. Красивый, сильный, даже несмотря на его обездвиженные ноги. И он нравился мне. Очень нравился. Нравился настолько, что я вполне могла совершить глупость!

— Спокойной ночи, Эдвард, — шепнула и заставила себя уйти.

— Спокойной ночи, Эйвери, — он смотрел мне вослед, а я поспешила сразу в кабинет, где зажгла свечу магией и достав из стола чистый белый лист, поспешно записала стихи, еще звучавшие в голове. Только перечитав их несколько раз, спрятала лист в стол и встала.

В воздухе, пронизанном прохладой, дрожало пламя свечи. Дрожало и мое сердце, которого коснулось что-то легкое, невесомое. Что-то, чего я боялась.

По сути, я просто сбежала от своего генерала. А ведь стоило просто поцеловать его, сделав то, чего мне хотелось. Но тогда я точно пропала бы, окончательно и бесповоротно. В любви нет ничего хорошего. Опыт с Чарльзом это доказал и, хотя они с Эдвардом как земля и небо, я пока не настолько потеряла себя, чтобы забыть то, к чему стремилась.

Задув свечу, покинула кабинет. И уже лежа в постели, слушая звуки ветра, шумевшего за окном, я видела лицо Неда и стихи, которые он читал мне этой ночью. Отчего-то глаза генерала в тот миг были темными, как самая глубокая ночь. И огонь, что горел в их глубине, обжигал, касаясь ласково и обещая что-то немыслимое и невероятное.

— Эйвери, как хорошо!

Габриэль выбежала вперед, ухитрившись обогнать на тропинке Джесси. Впрочем, собака вскоре догнала свою маленькую хозяйку и, заливаясь радостным лаем, устремилась к берегу.

Море сегодня было удивительно спокойным. Как и моя душа.

На сердце стало легко, что мне казалось, будто взмахни я руками, и взлечу, поднимусь к самому небу, к пушистым облакам, так похожим на взбитые сливки.

— Осторожнее, Габи! — крикнула вдогонку девочке, радуясь, что мы вышли на прогулку едва ли не сразу после завтрака.