Книга Пленница жестокого Севера, страница 102 – Анна Рейнс

— Это подделка! — яростно шипит он, пытаясь встать. Кресло громко скрипит по деревянному полу, и я отступаю на шаг. — Как и ты, грязная ведьма. Ты не имеешь права…

— Единственная подделка здесь ты, Фьор, — так громко объявляю я, словно пытаюсь собственный стук сердца в ушах перекричать. — А я единственная дочь Йона Ульварн. И его законная наследница.

Такое чувство, что до этого мир стоял на паузе, а сейчас нажали кнопку воспроизведения. Звуки, голоса… их становится так много, что сливаются в сплошной гул. Не обращаю на них внимания. Смотрю только в глаза человека, что разрушил жизнь Мирайи.

Мою жизнь.

Неверящий взгляд Фьора впивается в мое лицо. Настолько острый, что можно порезаться. Я подаюсь чуть ближе, точно бросая вызов своему страху. Горло стискивает спазмом, но я не обращаю на него внимания.

— Что такое, братишка? — не знаю, откуда во мне силы на эти издевательские нотки. — Неужели я настолько изменилась, что ты меня даже не узнал?

На лице Фьора медленно расплывается мучительное осознание. Ноздри хищно раздуваются, вбирая мой запах. Ему нравится. Возможно, даже больше, чем раньше. Во взгляде появляется лихорадочный блеск и что-то такое, отчего внутри у меня расползается холод.

Он узнал.

Но сказать об этом не может — потому что иначе признает мои права на это место.

— Я не знаю, кто эта женщина, — цедит он, подаваясь навстречу. Жадно ощупывает глазами мое лицо, волосы, шею. Все, что открыто его взгляду.

Мерзость. С трудом заставляю себя не отпрянуть. Внутри плещется ярость, азарт, эйфория от собственной смелости. Вспоминаю, как его грязные руки касались Мирайи, и мне хочется вонзиться клыками в его горло.

Сломать, разорвать, раздавить.

— Но есть лишь один способ решить этот вопрос, — продолжает Фьор, глядя в мои глаза. — Поединок. Во главе клана должен стоять самый сильный дракон. Не так ли?

Честно говоря, я в таком состоянии, что мне хочется этот вызов принять. Покончить с Фьором собственными руками. Внутри аж колотит. Но Айварс предупреждал, что так и произойдет.

Драконьи инстинкты будут пытаться взять верх.

— Во главе клана стоит тот, кого выбрал родовой артефакт, — произношу я, вываливая все презрение, что скопилось внутри. — Что, хочешь снова попытаться убить меня, Фьор? Вот только кольцо никогда не признает тебя, как бы ты ни старался. Потому что я изгоняю тебя.

— Рыжая дрянь! — сводный брат дышит так, словно ему не хватает воздуха. Сжимает руки в кулаки.

— Я отрежу тебе язык и запихаю в глотку, если сейчас же не извинишься, — от голоса Айварса в помещении температура падает на пару градусов. Какое милое у них тут общение.

Фьор едва заметно вздрагивает и кидает взгляд на Владыку. На меня. Снова на Владыку. Кажется, инстинкты самосохранения окончательно дают сбой.

— Неужели шлюшка оказалась настолько хороша, что…

Мой кулак выбрасывается вперед быстрее, чем Фьор успевает закончить. Попадаю в челюсть, и острая боль пронизывает всю руку до локтя. Голова сводного брата мотается в сторону, а сам он резко опирается на стол. В воздухе разливается едва уловимый запах крови. Меня он только сильнее раззадоривает.

Мне мало, мало, мало. Хочется еще.

И как я раньше без драконицы жила? Терпела, боялась, убегала? Мне хочется легко и беззаботно рассмеяться, глядя на то, как Фьор вытирает разбитую губу.