Книга Пленница жестокого Севера, страница 61 – Анна Рейнс

А еще… я проспала. Должна была зелье для Фреи приготовить. А я даже не уверена, что у меня есть на это силы.

— Никто не приходил?

— Приходил, — осторожно признается Ребекка. — Постучал. Настойчиво так. Я спряталась в шкафу. Если бы это был Фьор, и он меня бы учуял, то выломал бы дверь. Видимо, ваше зелье помогло. Простите за все неприятности.

— Это был хороший дядя, — говорит Тайла, подпрыгивая на матрасе. — Который мне подарки дарил.

Еще и Владыка приходил. Просто блеск.

— Тайла, не прыгай на кровати. Сломаешь… — говорю я.

И запоздало думаю: а как это Тайла поняла, что приходил именно он? Если Ребекка не вычислила Айварса, то он ничем себя не выдал.

— Откуда ты знаешь, что приходил этот… дядя? Он что-то говорил?

Она пожимает плечами.

— Нееет. Просто знаю.

Чат от часу не легче. Чувствую себя беспомощной, разбитой.

Надо что-то делать. Только вот что?

Ладно, начну с того, что приведу себя в порядок. Проведу самодиагностику. Узнаю, как там Фрея. Решу по поводу отвара. А кольцо… потом что-нибудь придумаю. Но оставлять его в комнате нельзя. Хоть в окно выкидывай.

— Ребекка, налей мне, пожалуйста, воды, — прошу я, кивая на стоящий возле нее графин. Морщусь от тихого звона в голове. Сажусь на кровати, ощущая себя как-то странно. Не могу определить, почему именно.

Медленно встаю, иду к умывальнику. Щедро плещу воду в лицо. Ледяные струи затекают за шиворот и под рукава, приводя меня, наконец, в чувство. Воздух кажется спертым, и я отворяю окно. Несколько секунд дышу морозной свежестью.

Голова окончательно проясняется, звон исчезает.

Ребекка заправляет постель. Достает для меня чистое платье. На ее лице ясно читается желание хоть как-то искупить свою вину.

— Той дозы зелья, что сбивает запах, хватит на несколько дней, — говорю я ей. — Тебе есть куда бежать?

Коротко мотает головой.

— Придется найти, — говорю с нажимом. — Уходить лучше рано утром, когда к замку привозят свежие припасы. Обменяй сережки у служанки на платье и какие-то монеты. А потом прячься в телеге. Долго в одном городе не оставайся. А если буря грядет… не продолжай путь. Ищи любой теплый кров. Поняла?

Ребекка всхлипывает. Словно только сейчас осознавая, насколько все серьезно.

— От него невозможно сбежать.

— Возможно, — резко отрезаю я.

Я же как-то сбежала. Правда, ситуации у нас несколько разные. Тогда главой клана был мой отец. Да и Фьором руководила не потеря родового кольца.

Начинаю переодеваться, отвернувшись к шкафу. А у самой перед глазами проносятся картины побега Мирайи. Как тряслись у нее руки, когда она предлагала служанке свой любимый браслет в обмен на небольшой кошелек. Как прижималась к бочкам, в которых перевозили рыбу. Как…

— Что это у тебя… на руке? — ахает Ребекка за спиной.

Меня окатывает раздражением. Как она, такая глазастая, снова эти родинки приметила? Хорошо, что зелье для стирания памяти у меня с тех пор есть приготовленное.

— Ничего… — спотыкаюсь на полуслове, потому что внезапно замечаю… это.

Соединяя родинки, по руке вьется бледный, едва заметный рисунок.

Драконья метка.

Я чувствую себя так, словно у меня земля из-под ног уходит. Желудок к горлу прыгает, и я в пропасть лечу.

— Мама, мама, что там? Я тоже хочу посмотреть! — Тайла подбегает ко мне, заинтересованная нашей реакцией. Я тут же руку за спину прячу.