Книга Ретрит, страница 62 – Елена Владимировна Добрынина

Мари прыснула от смеха. Какого угодно ответа она ожидала, но явно — не такого. «Думаю, он выбрал бы офицерский мундир». «Чьорт, а ты права» — прилетело в ответ и Мари осознала, что растеклась лужицей прямо с телефоном в руках.

Мари вышла из такси за пять минут до назначенного Михаилом Ивановичем времени. Она слегка волновалась и чуть не забыла в авто свой пакет с босоножками. Вот бы картина была, отругала саму себя, если бы пришлось остаться в ботинках.

Захлопнув дверцу, девушка осмотрелась, отыскивая взглядом вход. Судя по адресу, который был записан на бумажке, она не ошибалась, да только слишком крутым ей показалось размещать ресторан в огромном нарядном особняке с колоннами. Хотя… У владельцев подобных заведений, видимо, свои причуды.

Михаил Иванович встретил её на крыльце, вывалившись в сырую, сумрачную осень в одном только фраке. Боже! Как все серьезно! Мари даже выдохнула облегченно, что догадалась выбрать для этого приема вечернее платье. Если бы она приперлась в такое место в каких-нибудь джинсах, вот бы была потеха!

— Ого! — Не смогла она сдержать удивления. — Вы не говорили, что все будет столь официально. В таком… пафосном месте… ужин?

— Это не совсем ужин. Точнее, не только ужин. Я утаил, да, каюсь, Машенька! — Нетерпеливо пританцовывал рядом Мишель. — А как иначе? Вы бы ответили мне отказом! А это — никак невозможно, понимаете⁈ Совершенно никак.

— Больше пойти некому разве?

— Я же говорил, моя супруга будет грустить в одиночестве. Тут я не соврал вам, Мари.

— Так не честно, — закусилась Мари. Но не возвращаться же назад в самом деле.

— Если вы обидитесь, я пойму. Но вы останетесь довольны, уверяю! — Загадочно добавил распорядитель. — Ну, пойдемте же, что ж мы топчемся на ветру? Я совершенно озяб! Фрак, знаете ли, не предусмотрен для осенней погоды.

Он подал ей руку и повёл к двери. Та открылась и гости оказались в хорошо освещенном холле. Убранство особняка поражало роскошью и очень походило на оригинальную отделку. Но даже если это и новодел, то довольно искусный. Повсюду тут были люди. Дамы в вечерних платьях, в бриллиантах и жемчугах, мужчины же все сплошь во фраках.

Мари никогда не бывала на подобных собраниях и потому чувствовала себя неуверенно. Ей казалось, что и наряд плох и сама она не соответствует уровню. Да и ни одного бриллианта на ней не имелось.

Переобувшись и сдав вещи в гардероб, Мари подошла к ожидавшему её директору общества любителей дворянского быта.

Михаил Иванович беспечно болтал с кем-то по телефону.

— Да, все сделал в лучшем виде! Как и обещал, дорогой мой! Ну, ждем лишь тебя! — Он увидел Мари и поспешил прервать телефонный разговор.

— Я готова. Говорите дальше, что делать.

— Мари, вы прекрасно выглядите! Пойдемте же за наш столик, все уже заждались.

В зале, что соседствовал с холлом, были накрыты столы. За ними тут и там сидели гости, а на импровизированной сцене с одной стороны залы разместились музыканты. Квартет исполнял лёгкую, ненавязчивую музыку. Между столами сновали расторопные официанты. В отблесках хрусталя отражался яркий свет множества люстр.

Мишель подвел девушку к столу, накрытому на шестерых. За ним уже сидели трое — две дамы в вечерних нарядах и какой-то мужчина. Мари растерялась. Она-то думала, что приглашена лишь потому, чтобы составить компанию супруге Михаила Ивановича, но, как оказалось, это — неправда. Высказать своё «фи» Мари не успела, потому как присутствующие за столом посмотрели на них и Мари чуть не упала от удивления. За столом рядом с неизвестными ей дамой, сидел её непосредственный начальник и директор театра Павел Сергеевич вместе с женой.