Книга Попутного ветра, господин дракон!, страница 62 – Елена Владимировна Добрынина

— Так, дель Фейт, идешь со мной!

— Куда?

— Помощь нужна.. а ты свободен, – кивнул магистр Итану.

Ситуация была странной. Но магистр казался настроенным вполне серьезно.

— Хорошо,– решила я и, повернувшись к парню, легко чмокнула его в щеку – Пока?

— Пока, – ответил тот, с подозрением оглядываясь на Милтона.

— Все-все, идем... – тот подпихнул меня в спину в нужном ему направлении.

— А куда идем-то?

— К Гиларду... поработаешь пока сиделкой.

— А ... что с ним?

— Занемог, – лаконично пояснил тот.

Куратор шел быстро, почти летел и, подхватив за локоть, заставил и меня шустро переставлять ноги. Мы дошли до ректорского дома. Милтон достал из кармана ключ, по хозяйски открыл дверь и чуть ли не втолкнув меня внутрь, зашел туда сам.

— Так... ну вот тебе больной, – голос магистра донесся из дальней комнаты. Я, крадучись, пошла на его звучание, заранее опасаясь того, что мне предстоит увидеть.

Дракон лежал на кровати прямо поверх покрывала. Не бордового, что удивительно, графитово-серого. А я уж думала, у Ливейского весь дом в черно-бордовой цветовой гамме выдержан. Невооруженным взглядом было видно, что он в беспамятстве: глаза закрыты, дыхание частое, прерывистое, волосы разметаны по подушкам.

— И что мне делать?

— Сиди тут и наблюдай за его состоянием. Придет в себя – ну... дашь водички попить.

— У него жар? – я осторожно потрогала рукой драконий лоб. Горячий как печка.

— Угум.. лихорадка... – очень странным голосом ответил магистр.

— А вы пока за помощью пойдете?

— Ахха, именно, – закивал тот.

— Ну ладно, посижу, – решилась я, – только вы постарайтесь поскорей, а то мне как-то неловко...

— Ахха.

Что-то Милтон сегодня подозрительно краток, видать, переживает за друга.

Хлопнула дверь, и мы с драконом остались вдвоем.

Я пометалась по комнате туда-сюда, потом тихонько присела на самый краешек кровати и принялась разглядывать своего пациента. Сейчас он был весь в черном. Черные брюки, рубашка, носки... Дракон в своем домашнем виде. Красивый... и смертельно мною обиженный. Я вздохнула и снова положила руку ему на лоб. Ужас! Как не дымится только! Грудь вон как вздымается... Дышать-то ему не трудно, интересно? Может, воротник ослабить? Я аккуратно наклонилась над ящером и одну за другой расстегнула несколько пуговиц. Вот так. Потом закусила губу, воровато огляделась по сторонам, и дотронулась ладонью до драконьей груди. Вот же! Какой, однако, горячий мужчина. Интересно, как сбивают температуру драконам? Может, прохладную тряпку ему на лоб положить или влажным полотенцем обтереть? Какая-то бестолковая из меня сиделка. Когда уже Милтон придет с целителем?

Нет, с тряпками я возиться, пожалуй, не буду... Вдруг драконам это вредно? Еще простынет, кашлять начнет, опять я буду виновата... Лучше просто рубашку расстегну до конца, пусть охлаждается естественным путем, правильно? И довольная своим решением, я приступила к реализации своего плана. Снова склонилась над Гилардом и принялась за пуговицы. Одну- вторую-третью, сверху вниз, будто бы случайно касаясь бронзовой горячей кожи.. спускаясь все ниже и ниже.. Ну вот и все.. Я завороженно провела рукой по груди и животу лежащего мужчины, не в силах отказать себе в этом не слишком приличном удовольствии, а когда подняла взгляд на лицо дагона Ливейского, застыла пойманным на месте преступления сусликом: за мной, не мигая, следили желтые драконьи глаза. И зрачки в них сейчас были такой ширины, что, казалось, еще немного – и они затопят чернотой все разгорающееся золотом пламя.