Книга От винта, господин дракон!, страница 65 – Елена Владимировна Добрынина

Экхарт ухмыльнулся и описал широкий полукруг почти пустой бутылкой.

— Нет, не мое ведомство, — отозвался Дарт мрачно, — но звучишь как слащавый романтик, аж тошно.

— Зато ты приятен до крайности, слушал бы и слушал…

Еще какое-то время они еще сидели, обмениваясь любезностями, а потом открыли переход и побережье снова опустело.

Если дракон взялся вам помогать, будьте уверены, вы добьетесь цели. Даже если передумаете.

Почти всю ночь после незабываемого праздника мне не спалось. Я крутилась, вертелась, а ближе к утру не выдержала — встала и, вооружившись инструментами и большим листом, принялась размечать основу чертежа корпуса нашей «Детки». Не потому, что мне пришла в голову новая идея, а просто потому, что за работой мои крайне противоречивые чувства и ощущения приходили в подобие порядка и куда больше походили на связные мысли.

Думала я, разумеется, об Экхарте. И совершенно не могла понять мотивов его поступков и слов. Иногда мне казалось, что единственная его цель — задеть меня побольнее, поиздеваться, отомстить за обидевшие его слова. Он как будто дразнил меня: приманивал, а потом отвешивал болезненный щелбан. На тебе исследования — но они так и останутся простыми чертежами, не нравится — тогда сделай то, чего боишься больше всего; хочешь флирта — пожалуйста, но знай свое место. Но что-то протестовало у меня внутри, когда я думала так. Может быть, мне просто не хотелось в это верить, а может, дело было в другом. Он сделал мне очень больно, когда заставил вспомнить о гибели Джейсона, но хотел ли он отомстить мне или же… помочь? Он заставляет меня сразиться со своим страхом — но я же сама говорила о том, что мечтаю летать… Он сказал мне, что с ним у меня шансов не много… вот только шансов на что и почему?

Что-то такое Джинни упоминала о драконах… Что-то, что мне жизненно необходимо было знать.

Я еле дождалась, когда замученная переживаниями подруга проснется и буквально с линейкой и циркулем наперевес пристала к ней с расспросами.

— Помнишь, ты говорила, что для драконов любовь — как для нас болезнь и что им не каждая хм… дама подходит. Расскажи, пожалуйста, вопрос жизни и… совсем хрущевенькой такой жизни, а?

Джин, не ожидавшая от утра и меня такой активности и подставы, сдалась практически без боя. Еще бы, подозреваю, что выглядела я в этот момент не менее двинутой, чем мой безбашенный коллега.

— Знаешь сказки про драконье очарование? Якобы драконы могут любую девицу к себе расположить и приворожить?

Я с умным видом покивала: а кто не знает?

— Так вот, это не сказки. Они, и правда, могут. Что-то с эмоционально-магическим фоном у них такое… — Джин выписала рукой затейливый знак. — Только в обычной жизни они этот фон блокируют, потому что для людей это вредно, для женщин во всяком случае. Последние очень сильно на него реагируют и, если находятся под его влиянием достаточно долго, начинают вести себя как одержимые или как больные… вплоть до распада личности.

— Звучит как детская страшилка, — нахмурилась я. — Зачем драконам-то это надо?

— Им и не надо, — вздохнула соседка, — но они не всегда могут это контролировать. Во время физической близости контроль слетает, а если дракон еще и влюблен, то совсем пиши пропало. Поэтому любовь у них почти как проклятье: какое уж тут счастье, если от твоей любви близкого человека корежит и единственная помощь, которую ты можешь ему оказать — держаться подальше, а лучше и вовсе уйти?