Книга От винта, господин дракон!, страница 67 – Елена Владимировна Добрынина

Я тут же сменила гнев на милость: чтобы Эйк сам предлагал мне такое?

— Два! — заявила нахально, — вылезай!

И наш разговор повернул в более конструктивное русло. И — самое главное — начиная со следующей недели мы приступали к сборки нашей «Детки» уже в натуральную величину.

Также за пару дней я умудрилась: впервые заснуть на лекции и получить за это нагоняй, посмотреть, как Джинни с однокурсниками работают над будущей обшивки нашей «Детки», а также устроить засаду на водного дракона.

С Дартеном получилось так: после того случая с «бумскиком» на производстве нам с Грантом показалось отличной идеей установить в нашем павильоне несколько артефактов, защищающих от возгораний. Мы даже их раздобыли, но заряжать их должен был водник и очень хороший. Такого я знала только одного: он как раз подписался помогать нам с проектом, вот пусть и помогает, заодно и охлаждающий контур на двигатель поможет собрать.

У Гвен по расписанию на этот день стояла консультация с Фаррийским, но она заявила, что ноги ее там не будет, иначе кто-нибудь из них кого-нибудь прибьет, и хотела ее отменить. Но я подумала: «К чему добру пропадать? Пусть вместо одной консультации проведет другую». Поэтому наша рыжая руководительница к нужному времени сбежала из своей лаборатории, я же, наоборот, засела там в ожидании дагона.

Счастливым такой подменой Дартен не выглядел. Это если говорить мягко. От взгляда, которым он меня смерил, когда я рассказала ему о сложившейся ситуации, меня мороз по коже подрал. Какое-то время дагон Фаррийский пребывал в глубоких раздумьях, но в итоге счел, что время терять, действительно, нерационально и пошел к нам в «Попутный ветер» осматривать будущее сердце нашей «Детки».

И только тут я, наконец-то, поняла, что в этом скользком долговязом сухаре нашла Гвен. Потому что с ходу зарядить четыре не самые простые артефакта — это еще надо суметь. А уж когда водный ящер принялся изучать двигатель, попутно заглядывая в висящие на стене чертежи и закидывать меня краткими точечными вопросами («выходные характеристики?», «объем бака?» «предельно допустимые габариты?») и делать на проекциях какие-то пометки — «вот тут мне нужно будет место, здесь не трогать, здесь заменить» — то даже я начала его слушать с открытым ртом. Очень он был в этот момент похож на светило целительской науки в процессе ответственной операции. И мне было очень жаль, что сейчас в клубе отсутствует Грант — вдвоем эти умельцы быстро сообразили бы что-нибудь толковое.

Кажется, Дартен тоже что-то такое подумал, потому что быстро закончил первичный осмотр и явил свою драконью натуру.

— Снимите копию вот с этих чертежей. И пусть Эйр завтра мне их занесет. Не занесет — может мне больше на глаза не показываться, так ей и передай.

— Дагон Фаррийский, можно вопрос не по теме? — обратилась я к нему неожиданно даже для себя. — А как вы понимаете, какой у человека уровень восприимчивости к вашей… ну… к вашему влиянию? Есть какие-то тесты?

Дракон усмехнулся, растянув тонкие губы в не слишком приветливой полуулыбке, сделал несколько плавных быстрых шагов и оказался совсем рядом со мной.

Удивленная его поведением, я подняла на него вопросительный взгляд — и замерла как загипнотизированная мышь перед коброй: зеленые глаза его резко подернулись сияющим изумрудным пламенем с черной окантовкой. Горячая волна пробежала вдоль позвоночника вниз и замерла слабо пульсирующей точкой внизу живота.