Книга Золотой перстень с рубином, страница 107 – Елена Владимировна Добрынина

Все уже спали, а Аня все лежала в темноте, слушала потрескивание дров в печке и завывание метели за окном и вдруг почувствовала себя так уютно, как будто дома у бабушки в глубоком детстве. Под эти звуки простой крестьянской жизни она и уснула.

Из канцелярии Николай вышел в приподнятом настроении, несмотря на сгущающиеся сумерки и усиливающуюся метель. Снега уже знатно насыпало, но природа не хотела угомониться. Ветер бросал горсти снега прямо в лицо, завывал, заносил сугробами улицы.

Насилу граф добрался до Галерной.

— Замёрзли, Николай Павлович? - Участливо спросил Кузьмич. - Вон как кружит!

— Ничего, - стряхивая снег с полушубка, улыбнулся Николай. - Зима как-никак.

Он отдал одежду швейцару и хотел уже подниматься по лестнице, как Кузьмич его окликнул.

— Николай Палыч, батюшка, я забыл совсем, старый дурень! Письмо, ведь, вам.

— Мне? - Обернулся удивлённый офицер. - От кого же?

— Не знаю, ваше сиятельство, мальчонка-посыльный принёс. - Старик протянул ему конверт. - Хотел я его спросить, так он скрылся в мгновение ока.

Пожав плечами Николя взял конверт, поблагодарил Кузьмича и стал подниматься по ступеням. В последнее время ему писала только Лилит, но это было письмо не от неё. С неприкрытым любопытством Николай вошёл в переднюю и сразу же направился в кабинет.Вскрыв конверт ножом для писем, он вынул сложенный вчетверо лист хорошей плотной бумаги. На нём размашистым, незнакомым почерком было написано: "Сегодня вечером за три часа до полуночи в доме на Пятой Рождественской некоторые пикантные подробности о жизни одной милой девицы. Доброжелатель". Это было пошло. В письме намекали на Анну Алексеевну. Липкое, тошное ощущение подкатило к горлу. Николай налил воды из графина и залпом выпил, пытаясь соображать. Кто-то хотел ему что-то показать, что связано с Аннушкой? А может, это она сама назначила ему встречу? Но почерк был скорее мужским, да и приглашение на свидание так не пишут. Николай задумался. А внутри росла тревога, смешанная с ревностью и дурным предчувствием.

До назначенного часа оставалось не так много времени. Что же значило это письмо? Вряд ли «доброжелатель» действует из хороших побуждений, но какая ему, Николаю, разница на самом деле? Можно просто поехать и выяснить, что же хотел показать таинственный отправитель послания в доме на Рождественской? Но для начала, он выяснит, где сама Аннет.

Николай отправился на её поиски, но встретил лишь матушку и сестру, которые совершенно спокойно готовились к ужину.

— Сынок, здравствуй, ужин уже скоро. - Первая обратилась к нему Татьяна Александровна.

Он посмотрел на мать рассеянно:

— Ужин - это замечательно. - И вдруг, перескакивая совсем на другую тему, спросил. - Маменька, что-то я давно Анну Алексеевну не видел за ужином. Она дома?

— Ты бы, братец, почаще дома бывал, знал бы, что Аннушка помогает нам с балом. Столько дел, а всего один день остался. - Влезла сестра.

Ильинский поморщился. Всегда Натали не к месту со своими замечаниями.

Татьяна Александровна прищурилась, озадаченная, но вслух сказала довольно ровно:

— Натали права. Аннушка помогает нам. С тех пор, как рассчитали Дарью, все хлопоты на себя взяла она.

Николай начал раздражаться. Он же ясно спросил, дома ли гувернантка?