Книга Золотой перстень с рубином, страница 114 – Елена Владимировна Добрынина

Как о стену, разговор не имел смысла, поникла Ася. Вся ее решимость улетучилась.

В дверь постучали. Нехорошее предчувствие завладело девушкой. Беспокойство сковало. Иван же прямо в одних штанах резко бросился к выходу и скрылся за дверью. Все, что она успела заметить – небольшого роста человека. Того самого. Девушка затаила дыхание, вслушиваясь в то, что происходит на черной лестнице, но оттуда не доносилось ни звука.

Через пару минут дверь резко отворилась и в квартиру без слов вошел Иван. Стал одеваться.

— Ты куда?

— Надо.

Ася топнула ногой:

— Ты никуда с ним не пойдешь, понял?

Иван замер на секунду и резко сказал:

— Еще ты мне указывать будешь! Ты у нас кто? Графиня. Вот и веди себя как дворянка.

Розоволосая задохнулась от гнева. Впервые он указал ей на различие в их положении. Хотя именно Ася старательно делала вид, что его, этого различия не существует.

— Да он же просто использует тебя! Подставит, сделает виноватым во всем. – Не унималась девушка. – Неужели ради своей мести, ради призрачного равноправия ты готов на убийство?

— Значит, призрачного равноправия? – Переспросил Иван, натягивая тем временем толстовку.

Посмотрел на нее и вышел в коридор.

— Не знаю, когда вернусь, - бросил, сдергивая куртку с крючка. Сунул ноги в кроссовки и исчез на черной лестнице.

Дверь хлопнула и на шум показался из кабинета дядюшка. Молча посмотрел на Асю.

— Ушел, - сдерживая слезы, выдавила она из себя.

Порфирий Георгиевич вздохнул и задумчиво произнес:

— Может, оно и к лучшему…

* * *

Санктъ-Петербургъ, Россійская Имперія, 1912г. отъ Р.Х.

Когда уже прошло время ужина и все домочадцы отправились в свои покои – отдыхать перед завтрашним важным днем, Аня снова вышла в переднюю. Встала у окошка, всматриваясь в ночную темноту. В передней было мало света и все, что происходит на улице, девушка могла рассмотреть вполне отчетливо. На улице стояла морозная и ясная ноябрьская ночь. В свете фонарей искрился снег, добавляя городскому пейзажу волшебства.

Время словно застыло. В кабинете тихо шелестя отбивали секунды напольные часы. После суетного дня дом готовился к ночи. Аня сдвинула портьеру и упёрлась ладонями в подоконник. Стоит ли ждать? Вдруг он снова не приедет домой? На балу, наверняка, он обязан присутствовать, так может, обождать до завтра? Собралась было уйти, как вдруг услышала за окном едва различимый стук лошадей по мостовой. Сердце замерло, а потом бешено затрепыхалось в груди от волнения в унисон с ритмом копыт.

Аня прижалась носом к стеклу, пытаясь разглядеть повозку. Так и есть! Прямо у входа замерла как вкопанная четвёрка лошадей и из закрытого экипажа на тротуар вышел мужчина. Николай! В панике Аня готова была передумать и сбежать, а потом вдруг увидела, что в карете он не один. То ли почувствовала, то ли разглядела движение за шторкой на дверце. Вгляделась. Дверца распахнулась и на подножку ступил маленький ботинок. За нею показалась дама и Аня с какой-то поражающей отчетливостью признала в женщине Лилит. Та позвала Николая, он вернулся, и княгиня обвила его плечи, потянулась к нему за поцелуем. Стоя на подножке, она была с ним вровень. Николай быстро коснулся её губ и пошёл к крыльцу отчего дома. Лилит недовольно поджала губы и подняла глаза на особняк. Ане бы отпрянуть, спрятаться, но она как завороженная смотрела на Оболенскую. Ее тоже рассматривали. Лилит поняла, что за ними наблюдают. Победоносно улыбнувшись, она вздернула подбородок и скрылась в экипаже. Возница качнулся, взмахивая кнутом. Карета поехала.