Книга Золотой перстень с рубином, страница 118 – Елена Владимировна Добрынина

— Я уже говорил, если бы Глаша обозначила проблему и пришла ко мне, мы нашли бы выход. - Не сдержался он и перешёл-таки к конкретике.

— Всего-то? Жизнь человека, жизнь ребёнка для вас просто проблема? Как же мерзко это слышать. Смотрите, не заделайте Лилит ребятишек. - Аня усмехнулась, - Хотя, ей как раз нечего бояться: её муж, верно, привык к почетному званию рогоносца!

— Лилит, по крайней мере, не притворяется бедной овечкой, и за это надо отдать ей должное.

— Можете отдавать, если хотите. От меня отстаньте только. - Зашипела она. - Я не намерена слушать оскорбления, особенно, если они не заслужены.

Николай аж задохнулся от гнева. Как смеет она отпираться?

— Я видел вас на Рождественский намедни. Вы не постыдились даже заявить матушке, где ночевать будете. Правда, не уточнили, что будете не одна.

Кровь её прильнула к лицу. То ли от танца, то ли от перепалки, то ли от догадки. Он был у дома дяди в тот вечер, когда она ездила в Стрельну?

— Я не ночевала там. Я ездила в Стрельну к матери Глаши.

— Ах, ну, конечно! Вы – лгунья и не надейтесь меня в этом переубедить.

Появилась смутная догадка, что в её отсутствие произошло что-то такое, что дискредитировало её в глазах Николая. Звуки вальса смолкли, и кавалер отвёл её на то же место, где и пригласил танцевать. Учтиво поклонился и отошёл. На лице офицера не было ни единого и намека на то, что еще мгновение назад они ругались.

Объявили о приезде Оболенских. Аню охватило чувство ненависти к Лилит. И здесь тоже она. Прямо как в глупой детской присказке – вспомни, оно и появится. Двери отворились и в проёме показался высокий, но уже довольно грузный князь и красавица Лилит.

Она была одета в серебристое платье из струящейся материи. Сегодня она решила сразить гостей наповал. Ане даже показалось, что это и не платье вовсе, а комбинация или ночная сорочка на тонких бретелях с безумным декольте, облегающая каждый миллиметр ее тела. Судя по всему, белья на ней не было. Платье заканчивалось накидкой-шалью, которая при желании могла накидываться на практически голые плечи словно кардиган. Край накидки был оторочен дымчатым мехом, а сама же шаль волочилась за Лилит по полу. На руках Оболенской красовались браслеты в виде змеек. Те самые, в воровстве которых княгиня обвинила Аню. Их было два и гувернантке вдруг стало ясно, как одна из змеек оказалась в саквояже у Ани. Просто они сговорились заранее. Дамы беззвучно ахнули, рассматривая очередной поражающий наряд княгини. Аня и сама замерла, разглядывая соперницу, которая выглядела как сама порочность. И вот после такого Николай смеет именно ее, Аню, обвинять в аморальном поведении? В глазах предательски защипало.

Как только новоявленные гости прошли в гостиную, всеобщим вниманием завладел Александр Сергеевич.

— Господа, прошу внимания! - Громким поставленным голосом призвал собравшихся к тишине сыщик. - Все присутствующие знают, в честь чего сегодня в этом доме праздник. Как близкий друг семьи я хотел бы поздравить Павла Андреевича с назначением.

С этими словами он подошёл к графу и крепко пожал тому руку. Граф в ответ приобнял Гнездилова. Все вокруг одобрительно аплодировали, шумели, выкрикивали поздравления для графа Ильинского. Александр Сергеевич одной рукой усмирил публику и продолжил: