Книга Золотой перстень с рубином, страница 125 – Елена Владимировна Добрынина

Лилит было подумала, что отделается супружеским долгом. Конечно, не самая приятная процедура, но пережить можно.

— Как скажете. – Смиренно прошептала она, слегка улыбаясь, и опустилась на диван. Руки ее мелко тряслись, но Лилит не подала и виду. Так уже бывало за их совместную жизнь – наказание за ее выходки. Не часто, надо признать. Обычно Александр Евграфович прощал Лилит. Кроме, разве что, того раза, когда Николай прилюдно заявил об их отношениях в дворянском собрании.

Но когда муж взял со стены плетку, Лилит остолбенела. Улыбка сползла с ее лица. Не мог он поступить с нею так! Не мог! Но, видимо, князь считал иначе.

— На кушетку! – Рявкнул он так, что в воздухе, где-то под самым лепным потолком зазвенели капли хрусталя в люстре.

— Вы не сделаете этого! – Прошептала женщина, словно, не веря в то, что сейчас происходило. И взглянув на него, пьяного и с перекошенным злобой лицом, поняла - сделает.

Накрыла паника, неконтролируемый страх, захотелось бежать отсюда. Но Лилия Сергеевна знала – будет только хуже. Обреченно вытянулась она на кушетке, вцепившись руками в один из подлокотников. Судорожно сглотнула, стискивая зубы.

Плеть взвилась, рассекая воздух, и опустились каждой из девяти косичек на ее плечи и тонкую, нежную кожу спины, раня ее.

* * *

Аня почти собралась. В передней в ожидании висел салоп, в столовой стоял собранный саквояж. Она решила взять домой любимое платье, то зеленое, что надевала в театр. Пусть и штопанное, но чинила его Глаша, поэтому пусть останется на память. Тогда Аня сможет иногда доставать его и вспоминать всё, что с ней было. Словно сказочный сон, словно исторический фильм с её участием. А ещё Аня взяла книги и подарок Гнездилова - леденец в виде цветка в коробочке из магазина Елисеевых.

Сама она переодеваться не стала. Как была в бальном, цвета шампанского, платье, так в нём и решила идти в будущее. Какая в сущности разница, ведь дома всё равно придется переодеваться в джинсы и футболку. Ее время прекрасных платьев в пол завершилось.

На столе в столовой горела лампа. Аня присела на краешек стула и развернула белоснежный лист. Обмакнула перо в чернила и, чуть не сделав кляксу с непривычки, принялась выводить письмо для сыщика.

Она не знала, поверит ли ей Александр Сергеевич? Верным ли было писать ему? Но, Боже, она так привязалась к Ильинским, так была им благодарна за доброе отношение, что решила предупредить сыщика о грядущей Революции. Пусть он и не поверит, но, когда события начнут происходить, он поверит. Обязательно поверит. И сможет позаботиться о Натали и её родителях, сможет уберечь их. Дописав письмо, Аня нервно заходила по комнате. В полутьме она спотыкалась, не зная обстановки. Для неё эта квартира была чужой. Наконец, чернила просохли, и девушка запечатала конверт. Отдаст дворнику, когда пойдет в дворницкую.

Было ещё не очень поздно, чуть за полночь. Наверное, бал у Ильинских в разгаре. Жаль, что всё так вышло! Но, наверное, так и должно быть, с горечью подумала девушка. Ей не место в этом мире, не место рядом с Николаем. Как бы не хотелось, придётся смириться с этим. Да, она проиграла Лилит. Но разве ради победы она сражалась за его сердце? Она лишь хотела чуточку счастья, хотела просто быть любимой. Глупая. Не стоило и начинать, но разве можно приказать сердцу?