Книга Золотой перстень с рубином, страница 127 – Елена Владимировна Добрынина

Николай поднял голову, но хватку не ослабил.

— Уходи, прошу! - Прошептала она чуть слышно, игнорируя светское обращение. - Пожалуйста!

Закрыла лицо руками. Плечи задрожали с большей силой, а по щекам текли сами собой слезы. Она не знала, почему плачет. Отчаяние - жгучее, острое охватило её. Он пришёл, нашёл её.

— Моя Аннет, моя девочка, - шептал Николай, легко развернув её к себе лицом. Аня уткнулась ему в фалды фрака, не переставая реветь. Ильинский убрал её руки, поднял лицо, заглянул в глаза полные слез. Какой он все-таки дурак! Совсем потерял голову, поверил в ту чушь, что несла Лилит. Он не знал, кто был в квартире в тот вечер, но совершенно точно это была не Аня.

— Прости меня, - шептал он, целуя её мокрые глаза. - Прости, я такой дурак. Аня подняла к нему глаза. Почему она его любит? Почему за одно слово готова всё забыть и простить? Она тоже хотела свой кусочек счастья, пусть мимолетного. Пусть потом она пожалеет о том. Разве это важно? Николай словно уловил её мысли, прильнул к губам, крепко притянул к себе.

Этот поцелуй, долгий и тягучий, всё глубже, всё страстнее, уже обжигал и требовал продолжения. Всего один раз. Всего одна ночь счастья, вот что ей осталось. Так разве может она ею пренебречь? Разве может отказаться? Вместо ответа на свои же вопросы Аня только потянулась к нему, обняла Николая за плечи. Почувствовала, как он приподнимает её над полом и несёт вглубь квартиры, натыкаясь на мебель и косяки дверей. Но какое это имело значение?

У кровати в спальне он поставил ее на ноги и стал целовать, развязывая бант на платье. Спустил с плеч тонкую кружевную ткань лифа и платье соскользнуло вниз и стекло на пол лужицей. Это последнее, что Аня запомнила. Дальше её закружил вихрь чувств и ощущений, когда сильные мужские руки ласкали её тонкую нежную кожу, гладили, а губы целовали каждую клеточку её тела. Она и сама отвечала взаимностью. Дрожащими пальцами расстёгивала пуговицы на рубахе, украдкой касалась его плеч, отвечала на поцелуи. Как истосковалась по нему! Как соскучилась! Как хотела перейти уже ту грань, за которую заходить опасно. Но сейчас даже разум её молчал. И она просто целовала, ласкала, касалась, просто была с ним, проживая каждую секунду, запоминая её, бережно складывая их в своё сердце. Будь, как будет! А сейчас он только её и только с ней.

В спальне было темно. Света из столовой не доставало, но так было даже лучше - можно полностью положиться лишь на ощущения. Аня не хотела света. При нем всё станет прозаичнее. А пока её обнимают сильные руки самого любимого человека на свете, пусть будет темно...

Нехотя Аня открыла глаза. Николай дышал ровно, утомившись до невозможности. Сколько они не спали? Час, два или несколько часов к ряду? Стоило поспешить. Утром она не уйдёт, не сможет. А оставаться здесь - глупая затея. Замуж за Николая не выйти - не то положение, нет приданного, да и родители его будут против, учитывая свежий скандал. А еще Аня соскучилась по маме. Надо выяснить, как пропал отец и какое отношение она имеет к Тереповым.

Девушка осторожно приподнялась на локте, любуясь своим спящим офицером. Провела пальцем по лбу, носу, очерчивая профиль, как в детской игре "лес, поляна". Николай заворочался, но не проснулся. Во сне поймал её руку и поцеловал пальцы, потянул к себе. Аня, поддавшись, приникла к нему. И вот вновь она лежит на его груди и слушает стук сердца. Только бы не проснулся! Ибо это всё усложнит. Но как же не хочется уходить! В горле застряли комком невыплаканные слезы.