Книга Золотой перстень с рубином, страница 72 – Елена Владимировна Добрынина

Пока Николай и Александр Сергеевич совершали покупки, Аня и Натали прошлись вдоль витрин. Здесь, как и спустя сто лет, был огромный ассортимент по заоблачным ценам. Даже Аня, которая провела в 1912 году всего несколько недель, уже понимала стоимость той или иной вещи. Но это не мешало ей с жадностью разглядывать идеально упакованный товар, который порой был не просто дорогим, но и экзотическим – сыры, пряности, вина, кофе, чай, различные масла, ром и даже трюфели.

Повернув голову, Аня заметила Николая Павловича с пакетом и коробкой пирожных в руках. Улыбнулась ему. Офицерская выправка и открытый взгляд синих глаз обращали на себя внимание женщин-покупательниц, и девушка почувствовала вдруг укол ревности. Дамы бросали на бравого офицера быстрые взгляды, а иные так вообще откровенно улыбались ему.

Посетители этого магазина – все сплошь богатые и знаменитые люди Петербурга, и на фоне посетительниц, одетых в соболя и драгоценности, Аня в своем простом пальто и шляпке, как ей казалось, нещадно им уступала. Не в положении или статусе, а в желании быть для Ильинского самой красивой. Это расстроило ее. Приближаясь, Николя заметил тень досады, промелькнувшей на лице Аннет. С удивлением он вдруг осознал, что по сравнению с остальными, она выглядит гораздо более естественно и гармонично, даже не смотря на скромный наряд. У нее горели глаза, в них плескался огонек настоящего живого интереса ко всему происходящему вокруг. Это-то ее и отличало.

А еще в Анне не было угнетенности, которая сразу показывала социальное положение многих девиц. Она не считала себя прислугой, не чувствовала бедной провинциалкой, ощущала себя равной другим даже в этом невероятно дорогом магазине, хотя Николай знал множество случаев, когда люди положением попроще предпочитали прогуляться по Гостиному Двору, а сюда зайти боялись – их брала оторопь. Очарованный ею, он подошел к девушкам.

— Ну вот и все, дождемся Александра Сергеевича и можно отправляться.

— Мы сразу поедем домой, братец? – В ответ недовольно надула губы Натали.

Николай удивленно приподнял бровь:

— А куда же ты хочешь ещё поехать, сестрица? – Рассмеялся он.

Она не знала, но ей совершенно точно не хотелось возвращаться в особняк. Гнездилов так и не объяснился с ней, и Наташа была расстроена.

— Можно, например, прокатиться по Невскому, - предложила она, пытаясь продлить вечер ещё хоть ненадолго.

Аня понимала подругу. Ей тоже вдруг захотелось, чтобы этот вечер не заканчивался. Кроме общих фраз они с графом толком не разговаривали. Это одновременно и радовало, и огорчало. Она чувствовала какое-то смятение, когда одновременно хочется плакать и смеяться. Вообще удивительно, как её меняло время. Никогда она еще не была так мечтательна и так остро не воспринимала происходящее вокруг. Словно все старомодные для ее мира чувства и качества вдруг проявились здесь, потому что не нужно было казаться самостоятельной и равной мужчине

— Ну хорошо, попрошу извозчика проехать дальним кругом. - Согласился Ильинский.

Аня прервала свои размышления. Вернулся Александр Сергеевич, протягивая сначала Натали, а потом и Ане коробочки со сладкими подарками.

— Можем ехать, - улыбнулся сыщик и Аня поразилась тому, как он преобразился в этот вечер. Как вдруг разгладились морщинки у глаз, как открыто он улыбался молодой графине, откровенно ею любуясь. Помнится, на допросе Гнездилов выглядел совсем иначе – озлобленным и пугающим.