Книга Золотой перстень с рубином, страница 74 – Елена Владимировна Добрынина

Счастье в тот памятный для Ани вечер улыбнулось и Натали. Она-таки дождалась объяснения от Гнездилова. Когда пролетка Ани и Николая подъехала к дому на Галерной, Александр Сергеевич и Наташа стояли, обнявшись, в тени проездной арки особняка. Услышав стук колес по мостовой, юная графиня отпрянула от сыщика как ошпаренная. Аня с Николаем вновь тихонько рассмеялись, но подтрунивать над Натали не стали.

В дом они вошли все вместе, внося в притихшие покои шум и суету. Из кабинета им навстречу выплыла матушка, а за нею показался и Павел Андреевич.

Вручив раскрасневшихся от мороза девушек в руки заждавшихся родителей, Николай вышел проводить надворного советника.

— Как вам кинематограф? – Поинтересовалась графиня.

Аня и Натали защебетали, перебивая друг друга и делясь эмоциями. Очень кстати пришлись вино для графа и пирожные, пакет с которыми Николай и Аня чуть не оставили в пролетке. Пришлось даже окликнуть извозчика, чтобы тот остановился. Получив презент и довольно улыбаясь, граф отправился почивать – его отцовская миссия дождаться дочь была выполнена и кажется, он всем остался вполне доволен.

Татьяна Александровна же внимательно разглядывала дочь и гувернантку и совершенно точно заметила их распухшие губы и счастливые глаза. Уж кто-кто, а она мигом догадалась о причине их чрезвычайного возбуждения. Мужчины гораздо грубее в этом смысле, от графини же ни одна деталь не укрылась.

Отправив подруг спать, каждую расцеловав на ночь, Татьяна Александровна решила дождаться сына. К нему и только к нему у нее имелась пара вопросов.

Николай вошел в переднюю, мечтая лишь об одном – лечь и уснуть здоровым молодецким сном. Он был полон каким-то удивительным спокойствием и верой в то, что все обязательно сложится наилучшим образом. Увидев мать в открытые двери кабинета, которая тревожно расхаживала по комнате, он понял, что так просто не отделаться и скорее всего ему предстоит разговор. И, судя по ее озабоченному виду, довольно неприятный.

— Николай, зайди на минуту. – Позвала Татьяна Александровна сына.

Николай изобразил недовольство, но ослушаться не могу. Вошел в кабинет, прикрывая двери плотнее.

— От чего не спите, матушка? Время позднее. – Констатировал он.

— Мне нужно с тобой поговорить.

— Ах, maman, неужели это не может подождать до утра? – Скривился он.

— Нет, это никак не может ждать до утра. Я должна знать, иначе я не смогу уснуть всю ночь. – Нервно перебирая край шали, накинутой на плечи, сказала матушка.

— Думаете, что, узнав, вы сможете спокойно спать? – Усмехнулся Николай, словно догадываясь, о чем пойдет речь.

— Я чувствовала, - обреченно сказала графиня. Но все же спросила. – Что тебя связывает с Аннушкой?

— Мне кажется, маменька, - вдруг стал серьёзным Николя, - довольно странно обсуждать подобный вопрос между вечерней прогулкой и сном.

Он вздернул подбородок и упрямо посмотрел на мать.

— Не смей увиливать, Николай! - Отрезала Татьяна Александровна. - Я знаю тебя как облупленного. И я прекрасно вижу, как ты на неё смотришь. И как эта глупышка провожает тебя взглядом. Но ладно она, - негодовала графиня, - она ещё дитя, к тому же не испорченное столицей, а ты? Ты куда смотрел, когда позволил Аннушке влюбиться в тебя?

Значит, она действительно влюблена в него, раз это заметила даже мать. Он, конечно, чувствовал это, особенно сегодня по пути домой, но напрямую никто из них не признавался другому в любви.