Книга Эмма Дженкинс, страница 56 – Елена Владимировна Добрынина

— Но как они меня найдут?

— Боюсь, они отыщут способ, – мужчина задумчиво смотрел на меня поверх сцепленных в замок пальцев. – Я думал, у нас с вами есть в запасе полгода-год, сейчас все выглядит намного хуже. Похоже, у заговорщиков есть свои люди в Магконтроле, и то, что удалось узнать мне, могут найти и они. Мне придется уехать на несколько дней. После поездки я смогу точнее оценить обстановку.

— А как же… – срывающимся голосом произнесла я. – Как отыскать всех, с кем я связана?

— Насколько я понимаю, эта связь подобна нитям, постоянно соединяющим всех участников. Плетение этих нитей – вопрос сложный и зависит от многих факторов: вид заклинаний, которые применялись, порядок, в котором их накладывали. Но их основа – магия крови. Все, что нам нужно сделать – потянуть за вашу нить, и рано или поздно остальные объявятся. Хотя чем раньше они это сделают, тем лучше. Для этого хорошо бы знать так называемые «якоря» заклинания – то, что их активирует. Это может быть предмет, фраза или нечто иное. Якоря помогут нам прийти к цели, ради которой и была создана такая рискованная связь.

Эксперты, с которыми мне удалось поговорить о магии крови, хором твердили странные вещи, – старший следователь бросил на меня пронзительный взгляд: – «Кровь подскажет». Якобы если уж связь активизирована, то и знания о ней человек каким-то образом получит.

Он пристально посмотрел мне в глаза.

— Поэтому, Эмма, если вдруг вам придет в голову какая-то странная идея, скажите мне о ней, это может быть важно. Договорились?

Я смотрела в прозрачно-серые глаза, словно в воду холодного ручья в весенний день, и меня разрывали внутренние противоречия. Так хотелось рассказать о Тилли, о ее друзьях, но что-то останавливало. Я не могла понять, что именно. Да и зачем рассказывать? Ведь я все равно ничего не знаю о потомках этих ребят. Амулет! Я вздрогнула. Его я могу спокойно показать. Вдруг это поможет?

— Вот, это единственная вещь, которая досталась мне от мамы и которую я ношу. Может это быть артефактом? – я протянула руку с медальоном через стол. Мист Кингсли с интересом принял у меня неказистую вещицу и довольно долго ее разглядывал.

— Нет, – покачал головой наставник, – совершенно не чувствую магического поля, это просто украшение.

Длинные прохладные пальцы аккуратно вложили медальон мне в руку. И я застыла в изумлении. «Просто украшение»? Не может быть!

Наверное, я выглядела жалко: испуганная, сбитая с толку бедняжка, краснеющая от его взглядов и случайных прикосновений. Мист Кингсли обошел стол, немного развернул к себе мое кресло, присел передо мной, словно перед маленьким ребенком, так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и успокаивающе сжал ладонями мои руки.

— Я вас испугал. Прошу прощения, – мягкая ободряющая улыбка стала еще одной жемчужиной, которую я мысленно поместила в свою шкатулку с драгоценными воспоминаниями.

Постепенно страх отступил. Во всяком случае, трясти меня перестало.

— Вот так-то лучше. Мы со всем справимся, слышите, Эмма? Мне придется уехать на несколько дней, как я уже говорил. От того, что мне удастся узнать, зависит многое. Я вернусь с конкретным планом действий. Это я вам обещаю. Вы мне верите?

— Да, мист Кингсли, верю.

— Хорошо. И еще: когда мы наедине, зовите меня Лестером, – и старший следователь неожиданно подмигнул мне. А я сидела и чувствовала, как разливается тепло в груди, и думала, что, верно, совсем тронулась умом. Надо мной нависла реальная опасность, а я умудрилась впервые в жизни влюбиться по уши.