Книга Кровью и жизнью, страница 127 – Елена Владимировна Добрынина

Последние два вопроса интересовали меня все больше. Сейчас мы, не торопясь, шли по неосвещенной стороне небольшой улочки, со стороны не дать, не взять, воркующая парочка голубков. Но конечный пункт нашей прогулки оставался для меня загадкой. Меня начало мутить при мысли, что сейчас он затащит меня в подворотню и там прирежет. Или запихнет в магикар, где его ждет сообщник — и поминай, как звали. Слабый голосок здравого смысла же успокаивал, утверждал, что кем бы ни был этот пугающий человек — заговорщиком или же охотником за вознаграждением — моя смерть ему не выгодна.

Мы шли уже довольно долгое время, все мои попытки хоть что-то выяснить натыкались на тихое шиканье. Я с удивлением начала подмечать, что мой конвоир частенько оглядывается, напряженно крутит головой из стороны в сторону. Складывалось впечатление, что он или кого-то ждет, или попросту тянет время.

— Ладно, дамочка, — просипел он наконец. — Сегодняшняя наша встреча подошла к концу. Не рекомендую бросаться в бега, у нас длинные руки. Наши агенты свяжутся с нами, когда вы нам понадобитесь.

Вот теперь я точно ничегошеньки не понимала. Особенно, если учитывать тот факт, что сейчас мы стояли неподалеку от той улицы, где находилась контора миста Муна, только вышли с другой стороны. То есть этот «агент» просто так прогулялся со мной безо всякой цели? Хотел запугать?

— До скорой встречи, — произнес он и сделал от меня шаг назад, в темноту.

Я не стала себя упрашивать, развернулась и поспешила было убраться отсюда, пока он не передумал. Но успела сделать только пару шагов, когда услышала позади гулкий звон, какую-то возню и приглушенное «Твою ж дивизию» до боли знакомым голосом, который я бы узнала из тысячи.

— Диксон! — холодная ярость, которую я сейчас ощущала, так и звенела в моем голосе. И вот сейчас мне было совершенно все равно, услышит меня кто-то посторонний или нет. Душа жаждала крови.

Возня тут же стала ожесточеннее, и я медленно, сохраняя свою злость в себе, как в наполненном до краев сосуде, повернулась и неспешным шагом направилась к своему похитителю (предусмотрительно обходя гнутый металлический столбик, видимо, и ставший причиной внезапного кульбита)

— Демонова кочерыжка... Заканчивай этот балаган!

Горе-агент, успевший вполне устойчиво принять вертикальное положение, оглянулся, и сделав размашистый пас рукой, явил, наконец свой истинный образ. «Образ» стоял, потирая ушибленное колено и особого раскаяния на лице менталиста я не обнаружила.

— Оу, воробышек, давай-ка полегче, — начал он, слегка морщась от боли. — Пожалуй, эксперимент можно считать неудавшимся.

— Эксперимент? — взвизгнула я.

Огромное облегчение и злость смешались в тугой узел, и я ощутила, что моя благородная ярость стремительно перерастает в банальную истерику. Но уже ничего не могла с собой поделать.

— Совсем с ума съехал? Чтоб тебя демоны в Бездну утащили, да уронили пару раз на больное место. Ты хоть представляешь, что я пережила?! Да я уже почти с жизнью попрощалась! Идиот! — к концу тирады я перешла от криков к шипению, но одних слов мне было мало и я фурией бросилась к этому негодяю, желая взять его за грудки и встряхнуть так, чтобы зубы клацнули. Но силенок явно не хватало, все чего я достигла — это дернула его за воротник пальто разок-другой, и чуть не разревелась.