Книга Кровью и жизнью, страница 141 – Елена Владимировна Добрынина

Пока готовила, мысли сами собой приходили в порядок. И вместо неясных подозрений появлялись оформленные в слова догадки. Я снова и снова прокручивала в голове, как несется на меня заклинание водника, как я в ответ призываю магию смерти, и она внезапно отзывается. Как еще в ШРАМе, в комнате общежития, я впервые смогла проявить другую магию, магию жизни, и что этому предшествовало. И даже руки зачесались сразу, на месте проверить свое предположение. А потом представила, что будет, если эксперимент мой пойдет не по плану. А, главное, как на меня после этого будет смотреть менталист. И передумала.

Эверт проснулся ближе к вечеру. Вид имел отдохнувший, но мрачный. Во всяком случае до того, как увидел на столе сытный ужин. Пока он с удовольствием ел, рыжик (уже два раза пообедавший и лениво лежащий в кресле) не уставая меня нахваливал.

— Это воробышек готовила. Старалась, тесто месила, мясо резала, у плиты торчала, руку чуть не обожгла.

— Ноэль, — шикнула я.

— Да-да, — не унимался шельмец. — А уж страдала как! Как, говорит, я могла ослушаться самого лучшего парня в мире (после меня, конечно)? О, горе мне, горе!

Я не выдержала и, приблизившись к креслу потянула этого артиста за ухо.

— Ай-я-яй! — запищал мальчишка. — Я же для тебя стараюсь.

Эверт смотрел на это бесплатное представление с интересом, не забывая жевать.

— Я, правда, хочу извиниться. Перед вами обоими. Это было глупо и опасно.

— Зато ты бросилась меня спасать, рискуя жизнью! — бросился на мою защиту Ноэль.

— И это тоже было глупо и опасно, — хмуро бросил Эверт. — Но почему-то сработало.

— Кажется, я знаю, почему, — вот теперь оба слушали меня исключительно внимательно. — У меня уже было что-то похожее, тот единственный случай, когда мне удалось проявить дар. Я тренировалась, а девушка— ветреница случайно запустила в мою строну заклятье. Со мной ничего не произошло, а я смогла впервые вырастить лист на растении. Тогда я думала, что заклинание прошло мимо, но, похоже, нет.

— Ты имеешь ввиду, что можешь использовать дар, только если подвергаешься..

— ..воздействию какого-либо заклинания. Да. Как сегодня с мистом Сайфилдом.

— Надо попробовать, — кивнул менталист и положил на столик передо мной горку не нужных уже буклетов и бумажек. — Попробуй применить свое заклинание.

Я несмело выкинула руку вперед.

«Цитиус» — никакого эффекта.

Не успела я огорчиться, как почувствовала легчайшую щекотку внутри головы. Эверт со своими ментальными штучками.

— Пробуй снова, — сказал тот, неожиданно коснувшись моего лба пальцами.

— «Цитиус!»

Верхний лист бумаги на моих глазах пожелтел и рассыпался прахом.

— Есть!

Щекотка усилилась.

— Еще!

— «Цитиус!» — и уже пары страниц буклета коснулся тлен.

— Ноэль! — я не успела понять, что именно сказал Эверт мальчишке, как требовательное «Еще» заставило повторить заклинание

— «Цитиус!» — и целая стопка буклетов рассыпалась пылью.

Я ошарашенно оглянулась сначала на Эверта, потом на мальчугана. Еще больше удивило следующее предложение менталиста.

— А сейчас попробуй представить на своих пальцах маленький огонек.

— Что? Но я не..

— Просто попробуй! — и снова эта щекотка внутри.

Я удивленно пожала плечами, но прикрыла глаза и представила, как на моих пальцах расцветает крошечное пламя — самый простецкий фокус огневиков, даже заклинаний не надо, просто обращение к своему дару — и чуть не заорала, открыв глаза. Маленькие, больше похожие на искры, вспышки взлетали от моих рук вверх, тут же тая. Демонова кочерыжка!