Книга Кровью и жизнью, страница 198 – Елена Владимировна Добрынина

Кстати, о белокурых прелестницах.. Бабули и Холста я пока нигде не заметила. И демоны с ними, пусть бы вовсе не пришли. Эверта я тоже нигде не заметила, хотя смотрела вокруг так пристально, что Дон легонько толкнул меня плечом:

— Кого это ты там так выглядываешь, мышка, тебе что, меня недостаточно?

Пришлось срочно хихикать, жеманничать, заодно уверяя, что его мне вполне достаточно, можно бы даже и поменьше.

На сцену тем временем вышел местный женский хор и так мощно грянул любимую многими народную песню, что публика пошла в пляс. Звук, усиленный магией воздуха, заполнял все пространство площади. Пару раз я замечала, как Имельда, словно случайно, отходила в сторону и обменивалась парой слов с каким-то незнакомым типом. После этого она кивала головой словно в такт музыке и возвращалась к нам с Доном.

Когда хор затянул третью или четвертую песню, к нам протиснулись Бобби Холст и мистресс Смит. Бабуля нарядилась в желто-красные цвета «быков» и рьяно раздвигала толпу, орудуя сумочкой. Бобби в этот раз выглядел побитым жизнью и выпивкой жалким мужичонкой, которого пожилая матушка притащила с собой в качестве сопровождения. Он постоянно извинялся, втягивал голову в плечи и отыгрывал свою роль просто блестяще.

Я пританцовывала для вида (и заодно чтобы скинуть излишнее нервное напряжение) и все скользила взглядом по лицам в толпе в надежде отыскать одного голубоглазого менталиста). И когда уже начала всерьез волноваться, почувствовала, как кто-то влетел в меня сзади с размаху

— Звиняйте, дамочка, мильпардон, — раздался за плечом такой знакомый голос. Я резко развернулась, чтобы увидеть перед собой крепкого мужчину в коричневом костюме рабочего, с пухлыми, как у малыша, щеками и рыжеватыми усами. От него явственно разило дешевой выпивкой. И только глаза эти я бы узнала из тысячи..

— Эй, ты, баран, смотри, куда прешь, — бросился на мою защиту Дон.

— Дык это, я ж без умысла.. демоны попутали, — забормотал Эверт, — Звиняйте еще раз, — и он с виду неуклюже, а на деле достаточно осторожно, потрепал меня по плечу.

— Знаем мы этих демонов, — послышалось из толпы.. — в бутылках живут, так ими и разит на всю округу.

— Так того... праздник же, — поскреб в затылке «трудяга» и, к ужасу моему, направился прямо к стоящим в оцеплении боевикам.

— Слышь, служивые.. не пропустите? Опаздываю малехо, пока все это обходить.. Пропуск у меня туточки, вы не думайте, — он достал из-за пазухи бумагу с радужными разводами магической печати, — и карточка моя тут, все честь честью..

— К начальству вон туда подойди, — один из боевиков глянул мельком на протянутую бумагу, — может, и пропустит.

— Ага, понял, премного благодарен, — Эверт, мазнув по мне взглядом на прощание, начал пробираться в указанную сторону, я же молилась Источнику и всем демонам попеременно, чтобы у него все получилось.

Одергивая себя, чтобы не пялиться так уж неприкрыто ему вослед, я снова принялась пританцовывать. На сцену вышел оркестр с зажигательными модными мелодиями, потом коллектив танцорок-акробаток, и тут даже я засмотрелась на яркие, головокружительные номера. Ровно до того момента, как не заметила в толпе, совсем рядом с Холстом подозрительно знакомую черноглазую девчонку. А не с ней ли мы ходили воровать амулет с личиной, тот самый, что сейчас у нее, как пить дать, на шее болтается? С ней, демонов мне в печень. И зовут ее Ноэль. Словно подтверждая указанный факт, этот негодник мне еще и подмигнул. Что он вообще тут делает? Зачем Диксон его сюда притащил? Меня стало ощутимо потряхивать. Хоть бы Эверт скорее вернулся.. Но его не было.